Здоровье-2015: Виноват ли Чернобыль в росте онкологии в Беларуси

Уже 25 лет медики не могут придти к единому мнению относительно влияния радиации на рост онкологических и других заболеваний. В то же время их распространение среди ликвидаторов Чернобыльской аварии — аргумент, на который нечего возразить. Какую дозу получил каждый белорус и как измерить риск выясняет «Завтра твоей страны».

В работе по преодолению последствий катастрофы участвовали персонал станции, пожарные, работники разных ведомств, военные. Те, кто выжили, испытывают последствия для здоровья до сих пор.

Реальное облучение ликвидаторов в разы больше

Заведующий кафедрой радиационной гигиены и эпидемиологии Международного университета имени Сахарова профессор Алексей Океанов на Международной партнерской конференции «25 лет после Чернобыля» отметил, что из-за отсутствия на местах достаточного числа специалистов в области радиационной безопасности, а также необходимого количества современных дозиметрических средств не были определены уровни облучения персонала. Неизвестны дозы, полученные в первые дни и недели после чернобыльской катастрофы.

— Реальное облучение ликвидаторов в разы больше того, которое зафиксировано в их документах, -- уверен эксперт. – Жесткого контроля не было, потому что не хватало дозиметров. Единственный прибор на группу 10-20 человек выдавался бригадиру. А он находился, как правило, не в самой «горячей» точке. Была установка — если военный получил 25 бэр, его следовало вывозить из зоны. Однако это не соблюдалось. Хотя в индивидуальных книжках ликвидаторов записано, что было набрано никак не больше нормы.

Слова эксперта подтверждают и воспоминания самих ликвидаторов. Андрей Митьков в год аварии на Чернобыльской АЭС был молодым лейтенантом. Его и многих военнослужащих летного полка направили в зону, пораженную радиацией, чтобы с воздуха «накрыть» реактор песком и свинцом. Летать над реактором приходилось по несколько раз за день.

-- У каждого был с собой персональный пальчиковый дозиметр. Но какой от него толк, если прибор был неисправен? – вспоминает ликвидатор.

К тому же, по его словам, каждый из летчиков специально занижал свой уровень облучения, чтобы не оказаться списанным в запас.

Владимир Гудов тоже с первых дней участвовал в минимизации последствий ядерной катастрофы. Вернувшись домой, он стал замечать странные изменения в своем организме.

-- На моих ладонях начали появляться огромные мозоли, наполненные лимфой и водой. Кожа на локтях стала трескаться, сочилась кровь. Доктор сказал, что это – ожог от радиации. Но в карточке все равно написал другой диагноз, -- рассказывает Владимир.

По словам Алексея Океанова, сегодня специалисты так и не знают истинных доз радиации, полученных ликвидаторами и населением, которому вообще никаких дозиметров не выдавалось. Медикам приходится ориентироваться не на дозы, а на сроки пребывания в зоне заражения.

— Отмечено, что отрицательное воздействие на здоровье меньше у тех ликвидаторов, которые работали в зоне менее 30 дней и больше у работавших 90 дней, -- говорит Океанов.

Какую дозу радиации получил каждый белорус

Сложность эпидемиологических исследований влияния радиации в том, что для выводов необходимо сравнивать состояние здоровья людей, которые были подвергнуты воздействию радиации и тех, кому удалось этого избежать. Для чистоты эксперимента на территории Беларуси трудно выделить население, которое не подверглось радиационному облучению.

-- Эвакуированное население попало на территорию, считающуюся чистой. Ликвидаторов тоже нужно разделять. Среди них есть те, кто работал в непосредственной близости у реактора, в 30-ти километровой зоне и еще дальше, -- подчеркивает эксперт.

И все же очевидно, с его точки зрения, все население Беларуси получило после аварии дозу и продолжает получать ее теперь. Океанов подчеркивает — для населения принято считать безопасной дозу 1 мзв в год. Между тем в Беларуси реально каждый получает в год до 5 мзв. Откуда? От природного  излучения, родона и медицинских источников излучения.

Руководитель немецкого бюро Международной организации по предотвращению ядерных катастроф и войны доктор Ангелика Клаузен подчеркивает:

— Из 830 тысяч ликвидаторов из Беларуси, России и Украины к 2005 году умерли 120 тысяч. Причина их смерти была связана с высокой дозой облучения, полученной во время ликвидации последствий аварии на ЧАЭС. Более 90% выживших имеют различные заболевания, в частности, заболевания сердца, онкологию. У многих есть заболевания мозга, в том числе снижение памяти и интеллекта.

Доктор Клаузен констатирует, что радиационное облучение связано с тяжелыми последствиями для внутренних органов, снижением иммунитета.

— В структуре клетки происходит изменение на уровне генома, что передается по наследству. В результате образовываются различные опухоли, клетки быстро стареют, -- утверждает эксперт.

Все болезни от радиации?

Рост онкологических заболеваний отмечается во всем мире. Задача медиков — определить, увеличивается ли количество случаев после аварии на ЧАЭС с такой же скоростью, как раньше, или все же быстрее. Связь радиации и рака щитовидной железы доказана. По поводу других видов рака медики во мнении расходятся. Алексей Океанов утверждает, что прошло слишком мало времени, чтобы «такую связь категорически отрицать». Например, в Японии увеличение заболеваемости лейкемией установили через пять лет после атомных бомбардировок, а рост других злокачественных новообразований — через 40 лет.

В Беларуси, как отмечают эксперты, среди населения, особенно пострадавшего от радиоактивного облучения (ликвидаторы, эвакуированные, проживающие на территории с высокой плотностью загрязнения) риск заболеть раком выше, чем у населения, проживающего на чистой территории. Таков вывод многолетних исследований. Например, в полтора раза выше заболеваемость раком кожи у женщин.

В целом заболеваемость раком выросла среди пострадавшего населения, на 12% больше, чем среди тех, кто не подвергся радиоактивному заражению.

В мире заболеваемость раком желудка имеет тенденцию к снижению. При этом в Беларуси и Японии заболеваемость этим видом онкологии выше, чем в других странах мира. Обычно, как отмечает Океанов, это связывают с особенностями питания. В то же время среди ликвидаторов более четко выражен рак толстой кишки, а прирост заболеваемости рака желудка статистически не определен.

Говоря о раке щитовидной железы, профессор Океанов подчеркивает, что не связывает рост заболеваемости с улучшением выявляемости.

— Эффект скрининга есть, но он не является определяющим. Если мы сегодня обследуем всех жителей и выделим дополнительные случаи рака, которые могли бы обнаружить, например, в следующем году, тогда следовало бы предполагать, что в следующем году количество случаев снизится. Значит, всплеск должен быть временным, всего пару лет, пока проводится кампания скрининга, а потом заболеваемость должна вернутся к прежним показателям. В случае с раком щитовидной железы такого не было. А значит, объяснить скринингом увеличение количества случаев заболевания нельзя, -- считает эксперт.

И все же, какой рак связан с радиацией? Ангелика Клаузен говорит: достаточно того, что есть увеличение заболеваемости онкологией в целом, особенно среди ликвидаторов. Это значит, что радиации можно выносить приговор.

Алексей Океанов предлагает не быть столь категоричными:

— Одни говорят, что все болезни связаны только с последствиями аварии на ЧАЭС. Другие --  что ничего страшного не произошло. Хуже всего, когда те или иные выводы делаются только исходя из корпоративных интересов. Атомную энергетику не нужно защищать. Все мы пользуемся автомобильным транспортом. Если будем разбирать количество погибших от автомобильных катастроф, увидим, что их гораздо больше, чем пострадало в результате аварии на ЧАЭС. Однако человечество не спешит отказываться от использования автомобиля.

Профессор выступает за ветроэнергетику и другие альтернативные источники энергии. Однако вынужден констатировать, что они не заменят традиционные, в том числе атомную энергетику.

-- Тем не менее, чтобы принимать адекватные решения, нужно знать правду, -- убежден Алексей Океанов. -- На мой взгляд, когда мы говорим о последствиях Чернобыльской катастрофы, мы должны самым тщательным образом их оценить, чтобы избежать двух противоположных точек зрения и найти «золотую» середину. 

  • Оцени статью:
  • Проголосовало: 65
  • Балл: 4.4