В Казахстане принимают ставки на преемника президента

Что надо знать о возможном транзите власти в Казахстане.

DW о том, на что в первую очередь следует обратить внимание, когда говорят, что бессменный президент Казахстана Нурсултан Назарбаев готовится к передаче власти.

Нурсултан Назарбаев, март 2016 года

В Казахстане, судя по всему, дан сигнал к началу так называемого транзита власти. По крайней мере именно так зарубежные и местные обозреватели восприняли окончательное утверждение Конституционным советом республики закона, согласно которому первый президент страны наделен правом пожизненно возглавлять Совет безопасности , и переданную ВВС реплику спикера Сената Казахатана Касым-Жомарта Токаева, что, по его мнению, Нурсултан Назарбаев, чей президентский срок истекает в 2020 году, в следующих выборах участвовать не будет.

Эти события конца июня дали дополнительный импульс экспертам предлагать свои варианты прогноза, как именно пройдет транзит власти, видимо, уже спланированный в Астане. С той или иной степенью безапелляционности называются фамилии будущих преемников - тут и старшая дочь президента Дарига Назарбаева, и муж младшей дочери Тимур Кулибаев, и уже упомянутый Токаев, и ряд других известных фамилий.

Не стремясь перечислить все появившиеся прогнозы, DW хотела бы отметить несколько важных моментов. Во-первых, возможность транзита власти путем свободных выборов не упоминает никто из обозревателей. Во-вторых, если говорить о дискуссии внутри Казахстана, то, как утверждает главный редактор «Новой газеты— Казахстан» Александр Краснер, СМИ, где это обсуждается, можно перечислить по пальцам.

«Исключение составляет заявление формально второго человека в государстве, Токаева, которое он сделал в интервью ВВС. Оно очень активно обсуждается на предмет того, озвучил ли на самом деле чиновник точку зрения первого лица государства», — говорит Краснер.

Ошибся ли спикер казахстанского Сената?

Казахстанский политолог Айдос Сарым исходит из того, что спикер Сената не выступал от имени президента. «Сразу после этого заявления и министр информации, и бывший руководитель администрации президента, и другие лица начали опровергать слова Токаева. У меня было несколько контактов с серьезными политическими фигурами в Казахстане. Я задавал вопрос, как оценить это заявление — как спланированный «слив», или как ошибку Токаева. Значительная часть собеседников убеждены, что он «попал», — считает собеседник DW. По его словам, на Западе такие заявления многое значат, но в Казахстане люди во власти не хотят и не готовы вести публичное обсуждение вопроса о транзите, и тогда речь о «сливе» идти не может.

Он уверен в том, что Нурсултан Назарбаев никому власть не будет передавать. «Он пребывает в убеждении, что лучше других понимает, как править страной. Наконец, передать власть кому-то без того, что в результате один из казахстанских кланов одержит победу над другими, очень трудно реализуемо», — уверен Айдос Сарым.

Главный вопрос при транзите - кто должен прийти, чтобы чад и домочадцев, их сбережения не тронули, дополняет политолога Александр Краснер. И указывает, что любой, кто придет «не из семьи», будет пересматривать итоги приватизации в пользу «своих». «В Астане видят это на примере и Туркмении, и Узбекистана. Далее, если президент уйдет со своего поста в Совбез, то оставит своего преемника без всех силовых структур. И новому лицу «не из семьи» надо будет сперва провести досрочные выборы в парламент, снова поменять законодательство и только после этого реально приступить к транзиту. Не знаю, кто на то согласится», — полагает Краснер.

Как на Западе смотрят на возможный транзит власти в Казахстане

Однако на Западе на ситуацию смотрят иначе, признает Айдос Сарым, который в конце июня в составе делегации форума «Жана Казахстан» (куда входят несколько видных деятелей казахстанской оппозиции), побывал в Вашингтоне, где гости провели полтора десятка встреч, включая Госдепартамент, Конгресс, Сенат, американский Совбез, крупные СМИ и «фабрики мысли», включая Джеймстаунский фонд.

«Тема транзита там — номер один. Она всплывала буквально на любой встрече, люди рассматривают разные варианты, сравнивают с Узбекистаном и в этом ракурсе задают квалифицированные вопросы. Часть экспертов в США, с которыми мы общались, восприняли сигналы из Астаны очень серьезно, хотя мы убеждали их, что о транзите речи еще не идет», — рассказал Сарым.

Однако немецкий эксперт по Центральной Азии Михаэль Лаубш указывает на то, что Брюссель, Берлин или Вена как столица ОБСЕ, увы, сейчас заняты совершенно иными проблемами, нежели транзит власти в Казахстане. Хотя есть ряд «фабрик мысли», которые это анализируют - в первую очередь, Джеймстаунский фонд и Европейский совет по международным отношениям (ECFR).

«Реструктуризация Совбеза Казахстана, предложенная в январе и утвержденная в июне, этими структурами была оценена как начало транзита власти, при котором те основные элементы системы и принципы политики, которые были заложены при Нурсултане Назарбаеве, не будут подвергнуты радикальной ревизии. А сам закон воспринят как намерение президента сохранить свое представительство в организациях, которые эту ревизию могут предотвратить», — утверждает немецкий эксперт.

По его словам, это основной вывод, если обобщать то, как анализируют нынешнее положение вещей на Западе. «Его подтверждают и мои контакты в течение последних месяцев с западными политиками, занимающимися регионом», — говорит Лаубш.

Что разъединяет Тимура Кулибаева, Даригу Назарбаеву и «Газпром»

Но вернемся в Казахстан. Если основные СМИ транзит не обсуждают, то, по словам Александра Краснера, совсем другая картина в соцсетях. Одним из возмутителей спокойствия выступил беглый бывший глава КНБ Альнур Мусаев, опубликовавший в Facebook несколько главок своих размышлений (потом они были перепечатаны в Казахстане газетой «DAT Общественная позиция»).

«Мусаев — источник сомнительный, но имел доступ к секретным документам. Согласно Мусаеву, в Казахстане с самых первых лет независимости действует секретное управление, которое должно предупреждать любые попытки свержения Нурсултана Назарбаева. И серым кардиналом, управлявшим подбором людей для этой цели, был отец Тимура Кулибаева. Учитывая то, что этот зять президента — едва ли не самый влиятельный человек в банковской системе Казахстана, Кулибаевы имеют большой вес в системе транспорта, в нефтедобыче, и с этим кланом связаны очень влиятельные чиновники, то к версии, что эта семья сейчас имеет претензии на «трон», отнеслись внимательно», - рассказывает журналист.

Особенно это внимание обострилось после того, как в середине июня на российском канале НТВ в передаче «Секрет на миллион» появилась певица и фотомодель Сати Казанова, которая рассказала об отношениях с неким миллиардером из другой страны. "Речь шла о его любовных похождениях, о дорогих увеселениях, в том числе, как можно было понять, за государственный счет. А редакторы передачи высветили его имя — это Тимур Кулибаев», — продолжает собеседник DW..

Как только передача вышла, «Комсомольская правда», использовав этот эпизод, опубликовала про Кулибаева материал, который разошелся по российским СМИ. «Особая пикантность ситуации в том, что Кулибаев — акционер и член совета директоров «Газпрома», а НТВ — канал, который принадлежит «Газпром-медиа» и подконтролен «Газпрому». Это порождает вопрос: с какого же «верха» должен был прийти «заказ» на компрометацию Кулибаева, чтобы он был выполнен журналистами, для которых он входит в пул фактических хозяев?», — отмечает Краснер.

«Этот вопрос породил в самом Казахстане ответ, что таким образом на поверхность вышла война, которую ведут за будущий трон Кулибаевы и старшая дочь президента Дарига Назарбаева. Ведь в случае выхода в отставку президента его место автоматически занимает спикер Сената. А в шаге от него как раз в Сенате находится именно Дарига Назарбаева. Изюминка в том, что у Кулибаевых в руках ресурсы, а дочь президента в техническом шаге от власти. Это занимает умы, обсуждается, правда, в основном в соцсетях», — описывает возникшую коллизию главный редактор «Новой газеты—Казахстан».

Почему казахстанцы не пытаются изменить свою страну, а просто уезжают?

  • Оцени статью: