«Эту проблему мы решили, заводя будильник на телефоне». Что и кто мешает «солнечным» людям строить карьеру

Они больше не хотят жить в четырех стенах на пособие по инвалидности.

В развитых странах люди с синдромом Дауна не считаются «больными» и могут трудоустроиться, часто даже в крупных успешных компаниях. В Беларуси такие случаи пока редкость.

«Солнечные» люди не чувствуют себя особенными

По данным Всемирной организации здравоохранения, один из 700 человек в мире имеют синдром Дауна. Беларусь — не исключение: около 50 детей на 100 тысяч рожденных в Беларуси имеют эту генетическую особенность.

Люди с синдромом Дауна не чувствуют себя «особенными», рассказывает координатор проекта «Рэспубліка Сонейка» Дмитрий Володько.

Фото: Александр Быченко

Для них не существует понятия «плохая» и «хорошая» работа. Они считают, что любая работа, которую они делают, нужна и полезна, поэтому очень хотят работать, объясняет Дмитрий Володько.

− Например, молодой человек Николай, работавший в прачечной, ходил на работу с большим удовольствием. Хотя мало кому из его ровесников понравилась бы такая работа, − отмечает собеседник.

Проблема, по мнению главы проекта «Рэспубліка Сонейка», не в самих «солнечных детях», а в обществе, не готовом их принимать, начиная с роддома, где женщине предлагают отказаться от ребенка, потому что у него лишняя хромосома, через школу, которая по этой же причине не выдает таким детям аттестат, и заканчивая работодателями, считающими, что люди с синдромом Дауна не способны трудиться.

− Когда я в первый раз столкнулся с темой синдрома Дауна, мне стало стыдно, потому что я увидел, что я тоже относился к этому со стереотипами. Захотелось рассказать, что все мы ошибаемся, − вспоминает Дмитрий Володько.

Так появился проект «Рэспубліка Сонейка», а за ним и социально-благотворительное общественное объединение «Даун синдром. Инклюзия». Они знакомят людей с синдромом Дауна с разными профессиями и занятиями, а общество – с «солнечными» детьми.

− Важно разрушать стереотипы в обществе, чтобы этим ребятам дать больше возможностей. Когда я смотрю на 37-летнего Сашу Метелицу, который работает в монастыре, понимаю, что это большой пример нам всем. Если бы Саша родился лет на 20 позже, с его возможностями он бы достиг очень многого, − рассказывает Дмитрий Володько.

«После первой зарплаты все мои клиенты меняются»

В прошлом году официально трудоустроенными были только два человека с синдромом Дауна. Но и эти два человека работали в иностранной компании, которая пришла в Беларусь с пониманием, что это нормальный опыт, констатирует Дмитрий Володько.

С помощью ассистентов по трудоустройству людей с инвалидностью два молодых человека с синдромом Дауна смогли устроиться на работу в один из столичных отелей. В свое время адаптироваться на рабочем месте им помогли представители общественного объединения «Белорусская ассоциация помощи детям-инвалидам и молодым инвалидам».

− У моего клиента была проблема с ощущением и понимаем времени. Например, он мог уйти на обед раньше времени даже после того, как я показывал ему на настенных часах, когда время обеда. Эту проблему мы решили, заводя будильник на телефоне. Будильник срабатывает, и он понимает, что можно пойти пообедать, − вспоминает специалист по сопровождаемому трудоустройству проектов ОО «БелАПДИиМИ» Эдуард Шипицын. – Разобрались и с путаницей в норме веса в сортировке белья. Для загрузки стиральной машины нужен 41 килограмм. Мой клиент считал, что под норму подойдут и 41,9 килограмма. Нам помогла распечатанная табличка с цифрами, по которой он сверял загрузку машины.

У людей, имеющих особенности умственного развития, разные возможности и потребности. Кто-то схватывает все на лету. С кем-то лучше периодически повторять определенные действия. Есть и такие, кому каждый день приходится напоминать, что и как нужно делать, признает ассистент по трудоустройству.

Кроме обучения конкретным навыкам, сопровождаемое трудоустройство предусматривает настраивание клиента на рабочий процесс, повышение мотивации. Проект «Доступная работа» помогает молодежи с инвалидностью в возрасте от 18 до 31 года. 80% из них – люди с особенностями умственного развития.

Большинство из них испытывают трудности с пониманием заработка, денег, для чего они нужны. Вот почему сначала эти люди не всегда мотивированы в занятости.

− Мы подбадриваем, объясняем, зачем нужна работа и какие она дает преимущества. Например, мой последний клиент мечтал о ноутбуке. И я объяснил, что первая зарплата, которую ты получил, это маленький шаг к твоей самостоятельной покупке ноутбука. Чтобы на него заработать, надо держаться за рабочее место, − рассказывает Эдуард Шипицын.

Большинство молодых людей с инвалидностью, переживших опыт самостоятельности, возможности иметь заработанные, «свои», деньги, коммуникации в коллективе и сопричастности к обществу, больше не хотят жить в четырех стенах только на пособие по инвалидности.

− Опыт работы приводит их к пониманию взрослости и самостоятельности. После одного-двух месяца работы и первой зарплаты все мои клиенты меняются. У них появляются цели, собственные желания, которые они могут реализовать. И даже если с первой работой что-то не сложилось, они повторно обращаются за помощью, потому что не хотят сидеть дома, − рассказывает собеседник Завтра твоей страны.

Когда работодатели узнают про инвалидность, сообщают, что вакансия уже закрыта

Среди обывателей, нанимателей и управленцев государственного звена, принимающих решения в этой сфере, все еще живуча стигма о сложности или даже невозможности трудоустройства людей с психическими и ментальными нарушениями, считает директор Офиса по правам людей с инвалидностью Сергей Дроздовский. Сегодня актуальны изменения трудового законодательства и развитие специальных услуг по содействию занятости людей с инвалидностью.

− При трудоустройстве человека с инвалидностью под каждую потребность вполне логично подбирать компенсационные сервисы, которые позволяли бы ее закрывать. Как это делается с привычными нам вещами: костылями, протезами, инвалидными колясками, специализированным рабочим местом. Так же может быть и с сервисами, включающими человеческое участие, как, например, сопровождаемое трудоустройство для людей с метальными нарушениями, − говорит Сергей Дроздовский.

Проблема с трудоустройством касается не только людей с ментальными или психическими особенностями, но всех людей с инвалидностью в стране. Только 17% из них трудоустроены.

В большой степени возможность найти хорошую работу мешает низкая доступность качественного образования. Эта проблема затрагивает тех, кто получает инвалидность в детстве или с рождения.

Но большая часть людей с инвалидностью попадает в эту категорию в трудоспособном возрасте. После этого они сталкиваются с проблемой, как продолжать карьеру: восстанавливаться на работе с новым статусом инвалидности либо пройти переквалификацию и искать новую работу. В обоих случаях их может ждать неприятный сюрприз.

Центры занятости предлагают проходить курсы по переквалификации, но эти предложения часто не соответствуют интересам конкретного человека и не всегда дают возможность получить актуальную и интересующую профессию.

− Мешает отсутствие гибких форматов. Например, человек, сам мог бы найти курсы, получив на их оплату некий ваучер, − считает Сергей Дроздовский.

Бизнес, по его словам, недостаточно открыт для людей с инвалидностью.

− Если говорить о корпоративно-социальной ответственности компаний, то нанимать людей с инвалидностью сейчас считается престижным. Но мы редко сталкивались с частными предпринимателями, которые хотели, чтобы у них работали люди с инвалидностью. Чаще рабочие места создаются предприятиями Белорусского общества инвалидов, − говорит Эдуард Шипицын.

Несмотря на то, что Трудовой кодекс запрещает дискриминацию в сфере труда, этой меры недостаточно для защиты людей, больше всего подверженным ущемлению трудовых прав, отмечает глава Офиса по правам людей с инвалидностью. Большое число людей с инвалидностью признаются, что когда работодатели узнавали про инвалидность, оказывалось, находили предлог не принимать их на работу или сообщали о том, что вакансия уже закрыта.

− Есть случаи, когда человек долго работает в организации, а потом выясняется, что он стоит на учете в диспансере в связи с заболеванием, связанным с невралгией или психикой. И хоть его работа до этого не вызывала нареканий, человека увольняют про надуманным поводам. Бывает, в компании меняется руководящий состав, и новый руководитель не имеет достаточно компетенций, чтобы учитывать особенности работника с ментальными нарушениями и заменяет его на «менее проблемного» с его точки зрения, − рассказывает Сергей Дроздовский.

Скрытая дискриминация вместе с частым несоответствием предлагаемой зарплаты и требований к соискателям со стороны некоторых нанимателей, еще больше сужают профессиональные возможности людей с инвалидностью. Сделать труд более доступным для людей с инвалидностью может квотирование рабочих мест, отмечает Сергей Дроздовский. Обязательства нанимателей принимать на работу определенное число людей с инвалидностью позволят расширить эту нишу на рынке труда.

− Труд сегодня значительно отличается от его индустриального понимания. Как минимум это позволяет отойти от того, что есть люди, неспособные выполнять трудовые задачи только из-за инвалидности, − считает эксперт.

Учитывая возможности удаленного труда, гибкого графика работы, автоматизацию производств, труд становится более доступным для людей с различными особенностями. Большинство профессий и рабочих мест можно адаптировать к потребностям, сильным и слабым сторонам конкретного человека.

  • Оцени статью:
  • Проголосовало: 31
  • Балл: 5