Офисная экономика: почему мы до сих пор ездим на работу?

За прошлый год многие компании в мире отменили достаточно либеральные программы надомного трудоустройства. Список корпораций, которые сочли, что будет выгоднее потребовать от сотрудников приезжать в центральный офис, а не предоставлять им свободу выбирать рабочее место, пополнили IBM, Honeywell и Aetna.

Почему они так решили, разбирался Citylab.

В 1975 году Норман Макрэ, авторитетный журналист из The Economist, сделавший себе репутацию на чрезвычайно точных прогнозах — включая распад СССР и рост влияния Японии — выступил с радикальным тезисом о том, что когда компании осознают, насколько дешевле им будет обходиться сотрудник, работающий удаленно, компьютер уничтожит офис. А когда сотрудники смогут общаться со своими коллегами с помощью мгновенных сообщений и видеочата, не останется причин преодолевать огромные расстояния, чтобы работать за соседними столами в головном офисе. Действительно, с момента возникновения интернета люди намного чаще стали работать удаленно. Однако компьютеры и смартфоны не заменили офис — из-за них мы продолжаем выполнять задачи, даже находясь в другом месте.

Большинство из нас по-прежнему почти каждый день ездит на работу: лишь около 2,8% занятого населения работает из дома «не меньше половины всего времени».

Существует немало причин, почему поездки на работу и обратно — это плохо: вред окружающей среде, дорожные расходы, стресс, непродуктивно проведенное время, за которое никто и не думает платить. У людей, вынужденных тратить много времени на дорогу до офиса, повышается риск депрессии, появления лишнего веса, сердечно-сосудистых заболеваний, растет число разводов, смертей, а также случаев самых разнообразных заболеваний. Тогда почему же белые воротнички по-прежнему проводят целые дни в офисе?

Социологи отмечают важность личного контакта для производительности труда. Согласно результатам исследований, команды, работающие в личном контакте, успешнее решают сложные задачи, чем коллеги, использующие для связи электронную почту. Физическая близость помогает нам лучше узнать друг друга, демонстрировать и воспринимать эмоции, решать задачи и спонтанно приходить к какой-то идее.

И все же профессор психологии Стэнфордского университета Джереми Бейленсон мечтает о появлении технологии, которая смогла бы наконец-то освободить нас от необходимости совершать ежедневные поездки на работу и обратно. Проблема заключается в том, что современные средства связи просто-напросто не так эффективно передают информацию, чем когда мы сами сообщаем ее коллегам. Как пояснил специалист, большинство ученых, исследующих эту проблематику, согласны, что значительная доля данных передается невербально. Многие из невербальных средств, как, например, язык тела, выражение лица и движения зрачка, нельзя отправить приложением к письму, мгновенному сообщению или даже продемонстрировать в Skype. Это особенно актуально для ситуаций, когда на встрече присутствует множество людей.

Бейленсон, основатель и директор Стэнфордской лаборатории по изучению человеческого взаимодействия, провел более десяти лет за изучением технологии, которая, как он полагает, поможет наконец-то преодолеть все ограничения: виртуальная реальность (VR). Когда заходит речь о том, чтобы создать виртуальный офис, который сможет положить конец необходимости каждый день ездить на работу, ученый в качестве первостепенной задачи для технологий VR выделяет достижение эффекта, известного в психологии как «социальное присутствие» — ощущения, что цифровые аватары людей ничем не отличаются от их физических воплощений.

Бейленсон и его коллеги посвятили много времени поиску способов повысить показатели социального присутствия в виртуальной реальности. Они обнаружили, что люди успешнее справляются с работой, когда аватары выглядят, звучат и даже ощущаются, как живые существа. Их наблюдения подтверждают идею о том, что виртуальный офис может превратиться в эффективную бизнес-модель.

«Существует большое количество научных исследований социального присутствия в виртуальной реальности, результаты которых гласят, что нам свойственно относиться к цифровым аватарам практически так же, как к людям, которых они изображают, — отмечает Бейленсон. — На самом деле даже банальная уверенность в том, что с вами общаются в режиме реального времени, заставляет вас вести себя иначе, чем в случае взаимодействия с компьютерным алгоритмом».

Бейленсон признает, что для всеобъемлющего воспроизведения личного взаимодействия необходимы прорывные технологии. Хотя виртуальная реальность уже сейчас способна генерировать визуальные и звуковые схемы, напоминающие достаточно реалистичные проявления эмоций, ей по-прежнему далеко до создания чувства нахождения в одном помещении. Прикосновения, запахи и прочие сенсорные ощущения по-прежнему не могут быть воссозданы VR-технологиями, а некоторые пользователи даже жаловались на головокружение после продолжительного ношения очков виртуальной реальности.

Однако он верит, что благодаря стремительному прогрессу улучшится ситуация для бедолаг, которые каждый будний день едут в офис: «Если нам удастся освоить прием, который я называют «виртуальным рукопожатием», а также такие тонкости невербалики, как визуальный контакт, дистанция между собеседниками, поза и другие важнейшие компоненты межличностного взаимодействия в группе, то у нас наконец-то появится шанс отказаться от ежедневных поездок на работу».

  • Оцени статью:
  • Проголосовало: 3
  • Балл: 5