В Германии кризис, но не паралич власти

Сложившуюся в стране политическую ситуацию в СМИ называют «правительственным кризисом». Кризис есть, но не кризис власти. DW объясняет, кто и как сейчас управляет Германией.

После провала попытки канцлера Ангелы Меркель сформировать правительство из консерваторов, либералов и «зеленых», а также отказа социал-демократов возобновить правящую коалицию в прежнем составе, все заговорили о кризисе в Германии.

В выпусках теленовостей сообщения на эту тему идут под рубрикой «Правительственный кризис». О «правительственном кризисе» пишут и немецкие, и зарубежные газеты. Звучат тревожные ноты. Стабильность Германии, мол, под угрозой, страна рискует стать неуправляемой. Комментаторы явно сгущают краски.

Политическая ситуация в Германии и в самом деле для этой страны уникальная. Кризис есть, но он, строго говоря, не «правительственный», никакого паралича власти нет. На своем посту остаются и канцлер, и члены кабинета министров.

Правительство при исполнении

После учредительного собрания бундестага нового созыва - это было 24 октября, через месяц после парламентских выборов - канцлер и все министры, как и полагается, подали в отставку. Одновременно федеральный президент поручил им продолжать исполнять свои обязанности вплоть до избрания в бундестаге нового (или переизбрания прежнего) канцлера.

В соответствии с немецкой конституцией, глава правительства и министры не могут уклониться от такого поручения главы государства. Они в определенном смысле обречены оставаться на своих постах. Выйти из правительства могут только, что называется, по состоянию здоровья. Это, в частности, означает, что лидер перешедших в оппозицию социал-демократов не имеет, например, законной возможности отозвать из правительства министров-членов СДПГ, то есть, организовать тот самый правительственный кризис, чтобы обострить ситуацию и добиться проведения повторных выборов.

Полномочия канцлера «и.о.»

Полномочия канцлера и министров, находящихся формально в отставке, но при исполнении обязанностей, остаются почти такими же, как и прежде.

Одно из отличий, например, заключается в том, что глава кабинета министров не имеет права делать в нем перестановки или кооптировать в правительство новых людей. Именно поэтому и не были назначены новые министры, в частности, финансов, а также труда и социальных дел, когда прежние - еще до учредительного собрания бундестага - перешли из правительства на работу в парламент. Руководить - по совместительству - этими ведомствами было поручено другим действующим министрам.

Кроме этого, исполняющий обязанности канцлера не имеет права ставить на голосование в бундестаге вотум о доверии самому себе. Так поступали три предшественника Ангелы Меркель. Вилли Брандт, Гельмут Коль и Герхард Шрёдер намеренно добивались вотума недоверия, чтобы открыть путь к досрочным выборам. У Ангелы Меркель такой возможности нет, поскольку новый состав бундестага ее еще не избирал канцлером.

В остальном же немецкое правительство остается вполне дееспособным. Оно может и далее издавать нормативно-правовые предписания, постановления и административные распоряжения, принимать внешнеполитические решения, большинство которых не требуют санкции парламента.

Законодательные инициативы

Конституция ФРГ также не возбраняет правительству «и.о.» выступать с собственными законодательными инициативами. Причем, не факт, что такие инициативы - за отсутствием у Ангелы Меркель надежного парламентского большинства - не имеют шансов.

По целому ряду вопросов в Германии существует широкий межпартийный консенсус. Так, практически все представленные в бундестаге партии выступают за срочную программу мер, направленных на улучшение условий и оплаты труда в сфере ухода за больными и немощными стариками.

По другим - спорным - законопроектам канцлеру «и.о.» пришлось бы находить парламентское большинство от случая к случаю, убеждать депутатов то из одной, то из другой оппозиционной фракции. Фантастика? Отнюдь.

Немецкие правительства почти всегда вынуждены работать фактически в условиях правительства меньшинства. Ведь все более или менее важные законопроекты требуют одобрения и палаты федеральных земель - бундесрата, в котором расстановка политических сил, как правило, иная, чем в бундестаге. Поэтому и в прошлом многие инициированные правительством законы проходили процедуру в согласительной комиссии бундестага и бундесрата, члены которой искали и находили компромисс.

Ограничения все-таки есть

Но ограничения у правительства «и.о.», разумеется, есть, пусть и формальные. Они касаются в первую очередь решений, имеющих долгосрочные бюджетные или международно-правовые последствия.

Уже на предыдущем саммите ЕС 19-20 октября Ангела Меркель предупреждала собеседников, что для принятия решения по тому или иному судьбоносному для Евросоюза и Германии вопросу ей необходимо будет проконсультироваться с будущими партнерами по правительственной коалиции. Формирование такой коалиции откладывается на неопределенное время, а значит и позиция Берлина по тем или иным темам остается неясной.

Официальный представитель Ангелы Меркель Штеффен Зайберт не смог, в частности, внятно ответить на вопрос корреспондента DW, каким будет вотум канцлера - и будет ли вообще - в декабре, когда Евросоюзу предстоит принять важные решения по поводу переговоров с Англией о процедуре ее выхода из ЕС, а также о продлении или отмене санкций, введенных в отношении России за аннексию Крыма и подстрекательство сепаратистов на востоке Украины.

Работоспособный парламент

Если канцлер и правительство Германии остаются у власти только на правах исполняющих обязанности, то законодательная власть в принципе полностью работоспособна. Бундестаг вовсе не обязан дожидаться формирования нового кабинета министров.

Депутаты, правда, медлят с созданием комитетов, структура которых по традиции отражает министерский состав правительства. В качестве промежуточного этапа на пленарном заседании во вторник, 21 ноября, бундестаг учредил Главный комитет для рассмотрения вопросов, которые обычно передаются в профильные комитеты, а затем выносятся на всеобщее обсуждение.

На том же заседании речь шла о продлении на три месяца семи зарубежных миссий бундесвера, прежние парламентские мандаты на которые истекают в конце года. Соответствующие проекты резолюций переданы в Главный комитет. Никто не сомневается, что на пленарном заседании в декабре бундестаг их примет.

Ожидается также, что уже в ближайшее время фракция консерваторов внесет на рассмотрение бундестага проект резолюции, предусматривающий продление истекающего в марте 2018 года моратория на воссоединение семей, введенного ранее в отношении беженцев, получивших в Германии только субсидиарную защиту.

Этот вопрос был одним из основных камней преткновения на окончившихся провалом предварительных переговорах о формировании нового правительства Германии. Учитывая же преобладающие среди 709 депутатов бундестага настроения, можно ожидать, что мораторий будет продлен. Меньше шансов - но они есть - у инициативы «зеленых», которые собираются поставить на голосование в парламенте свое требование о поэтапном отказе от угольных электростанций. В любом случае, законодательная власть в Германии тоже работает.

Подробнее о перспективах нового немецкого правительства под руководством Ангелы Меркель читайте в нашей рубрике «Меркель 4.0».

  • Оцени статью: