Почему заключенные не хотят трудиться?

Профессиональная подготовка и «честные» условия труда в колониях могут уменьшить количество повторных преступлений.

Что побуждает бывших заключенных менять образ жизни, выяснили авторы исследования «Роль труда в пенитенциарной системе Беларуси», проведенного в рамках проекта «Повышение вклада организаций гражданского общества в принятие решений в интересах уязвимых групп населения» Центра социальных и экономических исследований CASE Belarus.

Образование – путь к исправлению?

Больше 40% отбывающих наказание – люди в возрасте до 30 лет, которые не имеют ни профессии, ни опыта работы на производстве.

Среди тех, кто впервые оказался в местах лишения свободы, 64% имеют уровень образования не выше общего среднего. Среди повторно осужденных — 77,5%.

И хоть в исправительных учреждениях дают возможность получить профессионально-техническое образование или пройти профессиональную подготовку по одной из 33 специальностей, часто выбора у таких людей нет.

После освобождения из мест лишения свободы трудоустраиваются от 40 до 50% бывших заключенных.

Труд в колониях малоэффективен

По данным Министерства внутренних дел, в начале 2017 года в местах лишения свободы находилось 35,2 тысячи человек. Ключевой особенностью белорусской исправительной системы является изолирование преступников на максимально длительный срок, отмечает соавтор исследования, президент Центра социальных и экономических исследований CASE Belarus Сергей Навродский.

С одной стороны, в Беларуси относительно низкий уровень преступности – 16-е место в мире по уровню безопасности. С другой стороны, Беларусь – одна из двух стран в Европе с самым большим числом заключенных на душу населения, со средним сроком лишения свободы больше 7 лет. Страна входит в 30-ку в мире по количеству заключенных на душу населения.

Уголовно-исполнительный кодекс обязывает заключенных трудиться в местах, которые определяет администрация исправительного учреждения. При каждом из них есть свое предприятие. Одна из их ключевых целей − обеспечить стопроцентную занятость.

− Главной проблемой в местах лишения свободы является то, что трудовые договора между заключенными и исправительной колонией или предприятием, состоящим при ней, не заключаются, — считает эксперт.

Правозащитники критикуют МВД и Департамент исполнения наказаний за принудительный труд. Как отмечают авторы исследования, такой труд малоэффективен с точки зрения производительности и качества, он также негативно воздействует на психику. Хотя время, проведенное в местах лишения свободы, можно было бы использовать для выработки у заключенных мотивации к общественно полезному труду после освобождения.

Отсутствие договоров не только не мотивирует заключенных трудиться, но и является основанием для необоснованно низких заработных плат, серых схем и различного рода хищений на производстве в колониях как со стороны администраций колоний, так и со стороны заключенных, отмечает Сергей Навродский. Средний заработок в исправительных колониях в 2015 году был эквивалентен 80 деноминированным рублям.

− Незаключение трудового договора является краеугольным камнем, который объединяет в себе многие вопросы, от уровня зарплат до экономического эффекта от деятельности предприятия. Ведь, кроме того, что предприятию нужно обеспечить всех работой, ему также приходится зарабатывать деньги, − комментирует экономист.

Заключение специфического трудового договора, по мнению эксперта, помогло бы предприятиям использовать больше экономических инструментов для нормального функционирования, способствовало бы укреплению дисциплины и добавило бы уверенности в наличии прав заключенных, потому что такой документ прописывал бы конкретные права и обязанности работника и нанимателя.

− Предприятию это давало бы дополнительные экономические инструменты: например, возможность использования кредитования, страхования и бизнес-планирования. Есть случаи, когда рабочие просили застраховать себя на производстве, потому что исполняли достаточно опасную работу, но предприятие при колонии не могло этого сделать, потому что не было формальных оснований, − говорит глава CASE Belarus.

Как поддержать людей после освобождения?

− Трудоустройство освободившихся из мест лишения лиц является одним из основных критериев оценки эффективности всей уголовно-исправительной системы. Об этом свидетельствует как криминологическая теория, так и практика, − говорит Серж Навродский. − Не важно, сколько человек освободилось из мест лишения свободы, важно каким образом они реинтегрировались в общество, как быстро нашли работу.

Несмотря на низкий уровень рецидивной преступности (около 35,9% в первом полугодии 2017 года), более 70% повторных преступлений совершают нигде не работающие люди.

− Даже каждый четвертый, освобожденный досрочно, то есть тот, кто положительно характеризовался в колонии, совершает преступление повторно. Такие результаты показывают, что исправительная система недооценивает роль трудоустройства после освобождения, − считает Сергей Навродский.

Большинство тех, кто освободился, первую работу теряют в течение одного года. В то же время длительность трудоустройства после освобождения, достойная заработная плата у бывших осужденных и образование, которое они получили в местах лишения свободы, снижают риск рецидивной преступности.

Авторы исследования считают, что в Беларуси недостаточно внимания уделяется ресоциализации и трудоустройству освобожденных из мест лишения свободы.

Попыткой решить эту проблему в некоторых регионах стал проект международной помощи по созданию площадок, где люди получали первый после заключения опыт работы. Три подобные площадки при церквях в Гомельской и Витебской областях показали, что предоставление первой работы и поддержка людей после заключения положительно влияют на их ресоциализацию.

− Многое зависит от среды, в которую попадают люди после освобождения, в том числе и готовность устроить свою жизнь. То, что предлагается государственными структурами, людей не всегда устраивает, потому что там, как правило, низкооплачиваемые вакансии, − отмечает директор Межконфессиональной миссии Христианское социальное служение Николай Матрунчик.

Эксперт видит выход в создании междисциплинарного коллектива, где бы на площадке церкви специалисты общественных организаций при участии государства создавались образовательные и реабилитационные модули.

  • Оцени статью:
  • Проголосовало: 24
  • Балл: 4.9