«Мне нужна жесткая дисциплина». Анна Норкус о том, как поднимает фабрику после своего заключения

Сегодня, 13 июня, ровно год, как на Витебскую бройлерную фабрику после почти двух лет заключения вернулась гендиректор Анна Норкус (до замужества — Шарейко). 10 июня 2016 года руководителя освободили в зале Верховного суда, и она вернулась на работу. Дела на фабрике шли незавидно. Но за год гендиректор и ее команда добились успехов. В интервью TUT.BY Анна Норкус рассказала о любимой фабрике, муже и своем увлечении спортом.

Анна Норкус. Фото: личный архив Анны Норкус

— Анна Васильевна, в каком положении вы приняли фабрику год назад? И как вы оцениваете ситуацию на сегодняшний день, что изменилось?

— Ситуация была такая: птицу кормят c перебоями, сырья нет, долги… На столе лежат кипы листов с требованием уплатить. Я попросила у банков деньги на текущую деятельность. Банки мне поверили: за время моей работы у предприятия ни разу не было просрочки по платежам. Сидела и сутками решала кредитные вопросы с банками, а также просила всех, кому мы должны, отозвать свои бумаги. Дала честное слово, что верну деньги, и составила графики погашения долгов. И мы это выдержали, никого не подвели. Сейчас долги 2015 года полностью погашены. А это были миллионы! Наша репутация восстановилась.

Фото: Игорь Матвеев

Сегодня фабрика представляет собой огромный холдинг. В его составе кроме замкнутого цикла производства — собственный комбикормовый завод, который открылся в ноябре 2016 года. Этому заводу я посвятила 2 года до того, как меня забрали. Его строительство стоило много пота и крови. После возвращения мы сумели его запустить. Сейчас он кормит всю фабрику. И это совсем другая экономика: если раньше комбикорма покупали, то сейчас они у нас свои.

Еще до нашего с коллегами задержания (кроме гендиректора были арестованы три ее заместителя. — Прим. TUT.BY) была разработана программа развития предприятия до 2020 года с увеличением мощности на 50%. С возвращением на фабрику мы вернулись к этой программе, откорректировали ее и уверенно реализуем. При этом усиленно прорабатываем рынки сбыта — на Ближнем Востоке, в Китае, Казахстане, Украине. Пока же основной рынок сбыта — Беларусь и Украина.

Сегодня на рынке — переизбыток мяса птицы. И нужно разумно подходить к объемам продукции, чтобы не продавать потом ее за бесценок. Мы делаем ставку не на торговлю тушкой птицы, а на углубленную переработку продукции, так как она востребована и дает добавочную прибыль. Но самое главное, над чем мы работаем сейчас, — экономическая эффективность производства. От этого зависят и налоги, и выплата зарплаты, и развитие фабрики.

О конкуренции

— В СМИ появляется информация, что вам не удалось ликвидировать последствия своего ареста, что предприятие, которое до вашего задержания удерживало на отечественном рынке третью позицию, сейчас на пятом месте и что на фабрике упали объемы производства.

— В этой статье были данные за квартал. Но главное — это результаты работы за год. И важна, в первую очередь, финансовая эффективность. Если за 4 месяца 2016-го убыток по предприятию составлял 1,1 млн рублей, то за такой же период 2017-го — чистая прибыль в размере 4,8 млн рублей. Выручка увеличилась на 120,2%, а прибыль от реализации — в 20,9 раза. Рентабельность продаж с показателя 0,06% (за 4 месяца 2016-го) выросла до 11% за такой же период этого года.

Что касается производственных показателей, то они уже есть за 5 месяцев нынешнего года. Валовое производство птицы в живом весе к уровню прошлого года выросло на 7,1%, а валовое производство молока — на 5,2%. За 5 месяцев 2017 года по сравнению с таким же периодом 2016-го поставка продукции углубленной переработки мяса птицы на потребительский рынок выросла почти на 29%.

Фото предоставлено ОАО «Витебская бройлерная птицефабрика»

Сейчас мы вернулись к тем объемам производства, которые были 2 года назад. Но вообще это некорректно — сравнивать игроков на рынке только по этому показателю. В заметке, которая критикует нашу работу на сайте «Завтра твоей страны», идет речь о том, что «темпы роста производства к первому кварталу 2016 года составили 98%». Два месяца прошло — и мы уже приросли на 5%.

На мой взгляд, сегодня в стране в нашей отрасли есть 7 валообразующих предприятий: «Смолевичи-Бройлер», «Могилевская бройлерная птицефабрика», «Птицефабрика «Дружба», «Агрокомбинат «Дзержинский», «Скидельская птицефабрика», «Белоруснефть-Особино» и «Витебская бройлерная птицефабрика». Мы понимаем, что нельзя остаться в числе тех, у кого малые объемы производства: чем крупнее фабрика, тем более она конкурентоспособна. По данным за 5 месяцев, мы росли быстрее большинства коллег.

Продукция птицефабрик мигрирует по всей республике. И это нормальная, здоровая конкуренция. Считаю, что мы успешно конкурируем с «Агрокомбинатом «Дзержинский», «Серволюкс-Агро». Нужно дать работать всем предприятиям, места под солнцем нам хватит. А покупатель сам выберет, кто лучше.

Фото предоставлено ОАО «Витебская бройлерная птицефабрика»

О зарплате и фирменной торговле

— Сколько зарабатывают работники фабрики?

— Средняя зарплата на предприятии за 4 месяца этого года по сравнению с аналогичным периодом 2016-го увеличилась на 26,4% и составила 827,3 рубля. (В октябре 2016-го средняя зарплата в Витебском районе, на территории которого находится бройлерная фабрика, составляла 593,8 рубля. — Прим. TUT.BY).

При этом фабрика создала 64 новых рабочих места — в основном к нам пришли новые специалисты в сферах торговли, продаж, строительства. Когда 2 года ничего не строили, то пришлось сократить почти 300 строителей. В целом же на фабрике сейчас работает более 3,3 тысячи человек.

Хочу отметить: несмотря на то, что на рынок в последние 3 года пришли крупные сети, наша фирменная торговля устояла и работает с прибылью. И мы ее развиваем дальше. В день мы производим до 200 тонн мяса. Это 10 фур. При этом на фабрике нет затаренности продукцией. Остатки на складах — просто рабочие.

О колхозах, присоединенных к фабрике

— К фабрике присоединили много хозяйств в окрестностях. Сколько их и как вы с ними справляетесь?

— Сегодня мы имеем 25,5 тысячи га сельхозугодий. Это более 10 хозяйств в Витебском районе. И даже в это непростое для предприятия время мы вкладываем огромные деньги в сельское хозяйство. С 2009 по 2014 год инвестировали в присоединенные к фабрике сельхозпредприятия 37,7 млн долларов. В 2016 году — порядка 3,2 млн рублей. За 4 месяца 2017-го — уже 3 млн рублей.

Фото предоставлено ОАО «Витебская бройлерная птицефабрика»

Получается, что мы уже районообразующее предприятие: многие показатели в регионе зависят от нас. По данным за 2016 год, 91,3% животноводческой продукции в районе произвели мы.

В молочном скотоводстве мы вышли на прибыльную работу, рентабельность — 9,6%. У нас первое место в районе по производству молока. И первое место по продуктивности среди нероботизированных ферм.

А ведь хозяйства нам отдали с колоссальными долгами! Только «Экспериментальную базу имени Шмырева» и предприятие «Задубровье» в январе 2016 года присоединили с долгами в размере 15,6 млн рублей. Фабрика их планомерно погашает.

Вовлекаем дополнительные земли в севооборот. Ставим задачу создать хорошую кормовую базу для крупного рогатого скота и производства зерна для птицы.

О походах по магазинам

— Я с детства люблю мясо. Когда прихожу в магазин, мне неинтересны кондитерские изделия, еще что-то. Но в отделе, где мясо и колбасы, у меня кружится голова! Наша продукция вкусная, потому что я за нее отвечаю и строго спрашиваю, если, не дай Бог, что-то не так, — рассказывает Анна Норкус.

Фото предоставлено ОАО «Витебская бройлерная птицефабрика»

— Очень много времени после работы посвящаю походам по продовольственным магазинам — для того, чтобы увидеть, как там выглядит наша продукция. Неважно, сколько времени после работы, могу и в пол-одиннадцатого вечера заехать в торговую сеть. Покупаю нашу продукцию и — обязательно! — по 100 граммов продукции всех наших конкурентов: мясокомбинатов и птицефабрик. Смотрю, что происходит на рынке, кто что и как делает. И анализирую: над чем нужно работать нам.

Маркетинговыми исследованиями на фабрике занимается целый ряд специалистов. И мы каждый день работаем над тем, чтобы предприятие могло конкурировать, продавая по более низким ценам, но не в ущерб качеству.

Фото предоставлено ОАО «Витебская бройлерная птицефабрика»

О новых рынках сбыта

— Специалисты фабрики много ездят и смотрят, что происходит в отрасли птицеводства в мире. Допустим, в Объединенных Арабских Эмиратах востребована маленькая тушка — 1−1,2 кг, а у нас другой менталитет — нам нужна большая. Пришли к выводу, что эмиратский рынок можно осваивать. А Китай — это огромная ниша, туда можно поставлять и поставлять, рынок там просто сумасшедший! Надеюсь, что у нас завяжется эта работа.

В конце июня китайцы приедут к нам с инспектированием. Если мы получим сертификат, останется наработать контракты, проработать вопрос цен и логистику. Расстояние не пугает: полуфабрикаты быстрого приготовления замораживаются и успешно хранятся. Кроме того, можно рассматривать и доставку самолетом.

Сейчас мы разрабатываем новые специи и добавки, которые понравятся китайцам. Нужен один хороший специфический маринад с кисло-сладким вкусом. То есть в итоге должна получиться продукция, понятная жителям этой страны.

О команде

— Когда вас арестовали, люди плакали и не верили в вашу виновность. Когда вернулись, работники встретили вас караваем, цветами, шариками и праздничным плакатом. А сейчас видно, что народ воспрял духом. Как вам удалось выработать такой стиль управления? И как удалось за год добиться заметных сдвигов?

Работники фабрики встречают своего гендиректора. 13 июня 2016 года. Фото: Игорь Матвеев

— У нас слаженная команда, в которой каждый понимает, что нужно делать. Вспомнился случай. В 2006 году в Витебский район пришел ураган. Было пять часов дня, люди с фабрики только уехали домой. А я вижу, что ураган раскрыл крыши на каждом здании. Подняла на ноги всех, и за час здесь собралось полфабрики, и работали все службы области. За ночь мы накрыли все 30 птичников. Эта чрезвычайная ситуация показала, что это та команда, которая умеет мобилизоваться в экстренной ситуации.

После возвращения на фабрику была та же ситуация — времени на размышления не было.

Я работаю на фабрике 34 года. Мне известен здесь каждый винтик, каждый болтик и каждая гаечка — где и на что нажать. Рабочий день начинается с анализа информации в компьютере. Прихожу, а у меня уже есть все данные, вплоть до цифр взвешивания цыплят в каждом зале. А когда ты знаешь все тонкости, можно принять правильное управленческое решение.

— Основные трудности — позади. Но дух перевести, наверное, все равно не получается?

— Покой нам только снится. Разработана программа развития фабрики до 2020 года, о которой я уже говорила.

Программа предусматривает комплекс объектов. В частности, планируем построить новые площадки цеха по выращиванию племенной птицы и цеха родительского стада — чтобы обеспечить себя инкубационным яйцом.

Фото предоставлено ОАО «Витебская бройлерная птицефабрика»

Но самый важный для нас сейчас объект — новый убойный цех. У нас все время идет свежая охлажденная продукция, убоя птицы нет только два дня в месяц. Старый цех уже самортизирован, но его не закроем — сделаем реконструкцию под производство продуктов углубленной переработки. Ведем работу по реконструкции молочно-товарного комплекса в "Агрокомплексе имени Шмырева" — под содержание дойного стада до 1200 голов, а также по строительству двух зерносушильных комплексов с элеваторами по 20 тысяч тонн.

И работа по некоторым объектам уже идет: отводятся участки, делается предпроектная подготовка. Кроме того, мы возобновили модернизацию цеха утилизации боенских отходов. Запустим его к концу года.

О жизни в СИЗО

— Анна Васильевна, трудно забыть заключение?

— Я не зацикливаюсь на том, что произошло. Мы (с мужем — литовским бизнесменом Вальдемарасом Норкусом и коллегами, которые также были арестованы по обвинению в коррупционном сговоре, а затем выпущены на свободу. — Прим. TUT.BY) перелистнули эту страницу. Мне некоторые говорят, что я ненормальная: и в СИЗО думала про фабрику.

Анна Шарейко и Вальдемарас Норкус на суде, июнь 2016 года. Фото: Дмитрий Брушко, TUT.BY

Как здесь (показывает на свой кабинет) я составляла график работы, точно так же составляла график работы там. Можете представить, закрытое помещение в СИЗО, где даже нет окошка. 12 кв. м на 6 человек, то есть по 2 кв. м на человека. И ты там находишься 23 часа в сутки, кроме часа, когда выводят на прогулку. Но у тебя расписана каждая минута. Мне шли письма и газеты, в том числе региональные. По телевизору смотрела новости. Занималась спортом.

Там у меня был ежедневник. Я сохранила эти записи. Считаю, что благодаря четкому планированию можно успеть очень много. У меня дома лежат несколько блокнотов: один — в прихожей, второй — в спальне, третий — на кухне. Придет какая-то идея, и я тут же ее записываю, потому что мысль может уйти — допустим, отвлек телефонный звонок. А потом все эти пометки систематизирую.

О спорте и идеальном отдыхе

— И все-таки нужно немного отпускать себя…

— Нет, я — человек-системник, мне нужна жесткая дисциплина, как в армии! Я не понимаю другой жизни. И мне это нравится.

Недавно была в санатории. И там у меня был такой рабочий день: в 6.30 — подъем, час занятий в спортивном зале, полчаса аквааэробики. Через день — кросс 5 километров и тренажерный зал. И так — все 20 дней.

Несколько раз пыталась смоделировать себе такую жизнь: я освободилась от всех забот, я свободная… И поняла, что это ужас! Мне нужно все время что-то делать. Такая установка даже на даче. Готовлю, чем-то занимаюсь. А чтобы села и просто посидела без дела — я себя такой не помню. Не знаю, что такое диван. Хотя, конечно, за чашкой кофе посидеть можно, немного подумать. Это я люблю (улыбается).

О муже и жизни на две страны

Анна Норкус говорит, что после свадьбы, которая прошла в августе 2016 года, они с мужем Вальдемарасом живут на две страны. Но это не портит отношения — ведь они проверены годами.

Свадьба Вальдемараса и Анны Норкусов, 14 августа 2016 года. Фото: lietuvosdiena.lrytas.lt

— А муж такой же «системник», как вы?

— Он, может, не такой «системник», потому что находится не на государственной работе, но очень конкретный человек — такой же, как я. А еще очень надежный, очень ответственный. Если дал слово, то это слово офицера. Если позвонил и сказал: «Я буду без пяти …», а звонит за 300 километров, значит, он будет без пяти. Не бывает такого, чтобы я не знала, где он.

Мы похожи в этом плане — два ответственных человека. Поэтому… Все хорошо! Главное, что есть понимание. Супруг ни разу не упрекнул меня. И если даже мы не виделись неделю и он приезжает из Литвы, я могу позже задержаться на работе. И он ждет меня дома. Иногда скажет: «Совесть надо иметь, ты ведь теперь замужем». Но шутя. Главное, вежливо объяснить: «Ну, так надо…».

Муж понимает, что фабрика для меня — это все, это моя жизнь. Когда меня выпустили [из СИЗО] и спросили: вернусь ли я на фабрику, ответила: «Если мне верят, вернусь».

  • Оцени статью:
  • Проголосовало: 13
  • Балл: 5