«Для белорусской власти польские свиньи намного страшнее, чем американские ракеты»

Смогут ли власти обеспечить продовольственную безопасность страны, если перестанут поддерживать убыточные колхозы?

Из года в год государство продолжает терять огромные деньги, финансируя сельское хозяйство. 59,1% сельхозорганизаций были бы убыточными, останься они без господдержки. Так стоит ли тянуть на себе этот «мертвый груз» и как избавиться от балласта, чтобы не навредить экономике?

Заико: Прибыльным может быть только выращивание морковки

Руководитель Аналитического центра «Стратегия» Леонид Заико уверен, что самое важное, что должно сделать государство в сельском хозяйстве — это не вмешиваться.

— Надо ограничить все государственные и прочие программы по сельскому хозяйству. Не нужно на высшем уровне распределять, кому давать деньги на удобрения, — отмечает экономист. — На сельское хозяйство в Беларуси уходит 15% бюджета. Это бессмысленное дело. Чем меньше программ по сельскому хозяйству, чем меньше вмешательства властей, тем лучше.  

Экономист уверен, что рынок сам поставит все на свои места.

— Рынок должен работать. Надо пользоваться преимуществами и регионального рынка, и мирового, — уверен эксперт. — Я помню, когда на высоком правительственном уровне обсуждалась эффективность сельского хозяйства, то выяснилось, что прибыльным может быть только выращивание морковки.

Конечно, полностью отказаться от производства сельхозпродукции нельзя. Однако многие позиции в этом списке следовало бы пересмотреть.

— Польский фермер свинину продает меньше, чем за 1 доллар за килограмм. Так давайте откроем магазины, назовем их «Свинья по-польски» и будем продавать это мясо, пусть даже с наценкой за 2 рубля 50 копеек. Да наши директора совхозов и министр сельского хозяйства застрелятся перед входом в эти магазины. Для белорусской власти польские свиньи намного страшнее, чем американские ракеты.

Экономист уверен, что только частная собственность на землю поможет решить проблему.

— Как только люди будут работать на своей земле, как захотят и сколько захотят, тогда эти проблемы уйдут на второй план, — говорит Леонид Заико.

Что же касается продовольственной безопасности, то, по мнению экономиста, такой подход абсолютно устарел в современном мире.

— Этот тезис имеет место только в слабо развитых государствах, типа голодных африканских стран. Сегодня на мировом рынке есть все. Поэтому говорить о продовольственной безопасности и пугать ею собственный народ могут только безответственные деятели, тем самым оправдывая собственное безделье и бестолковость, — утверждает эксперт.

Кадыров: Регулирование быть должно, но не командное, не горлом, а экономическое

Между тем экс-директор Института земледелия и селекции Михаил Кадыров считает, что нельзя полностью отказываться от господдержки. Во всем мире большинство государств по-прежнему продолжают финансировать сельское хозяйство, думая о продовольственной безопасности.

— Господдержка у Финляндии, где почва еще беднее, чем у нас, составляет за 1 тысячу долларов на гектар посева, где-нибудь в Польше или Америке – чуть больше 200 долларов. Все зависит от государства, от его богатства, — отмечает эксперт. — Да, Финляндии выгоднее было бы покупать продукцию где-нибудь в Германии, чем производить и тратить эти деньги, но вдруг так случится и Германия откажется продавать, что тогда? Голод в стране?

Поэтому, невзирая на затратность, страны стараются производить  примерно 75% от потребности, чтобы обеспечить продовольственную безопасность. И Беларуси, по мнению экономиста, следует поступать так же.

— Но у нас, чтобы обеспечивать собственную продовольственную безопасность, надо обрабатывать примерно 65% пашни из той, что мы сейчас обрабатываем, — уточняет эксперт. —  А ту бедную землю стоит отдать под другие цели – залесение, залужение, под промышленные цели.

Все давно рассчитано. Однако сделать это в наших условиях, увы, пока не получается. И причиной тому — командно-административное управление.

— Все понимают, что делать, но на практике над всеми хозяйствами довлеют прогнозные показатели, поэтому они втихаря, где только можно засеять и сколько позволяют их силы, и засевают. А потом начинаются приписки, — отмечает эксперт.

Еще одна проблема — убыточный экспорт. Отказавшись от него, по мнению эксперта, можно решить многие проблемы. 

— В нормальном государстве, где нормальная свободная экономика, уже сам производитель решает, выгодно ли ему продать эту продукцию за пределы страны или продавать внутри. А чтобы отрегулировать это, государства на Западе вводят квоты производства, — поясняет Михаил Кадыров. — За квоты борются, потому что это надежный сбыт. Допустим, фермеру дают квоты произвести столько-то молока, яиц или мяса. Этим и обеспечивается продовольственная безопасность. А сверх квоты – это уже свободная реализация.

То есть, никто от регулирования не отказывается. Ни Германия, ни Финляндия, ни США — не устраняются от этого процесса.

— Но это регулирование не административно-командное, не горлом, а финансово-экономическими методами, — подчеркивает эксперт.  

Что же касается убыточных белорусских сельхозпредприятий, то было бы неправильным взять и в одночасье прекратить их финансирование. Процесс должен идти постепенно, с учетом всех особенностей               конкретного хозяйства.   

— Надо все учесть. В том числе, на какой земле находится это хозяйство. Например, на  Витебщине примерно 20 хозяйств находятся на пашне с кадастровой оценкой в 20 баллов, то есть, это очень бедные земли. Тогда как в Несвижском районе хорошая земля – там 42 балла, — констатирует эксперт.

Но есть и другая ситуация. Например, где хозяйства находятся на хорошей земле, есть в наличие техника, приличные хозяйственные постройки, но нет нормального руководителя или даже людей, чтобы работать.  В этом случае должны быть другие меры.

— Тут с наскока ничего не сделаешь, — отмечает Михаил Кадыров. — Но эти все вопросы уже давно можно было бы изучить и дать рекомендации, что в каждом конкретном бедном, хронически убыточном хозяйстве делать.

А чтобы не было инсинуаций по поводу того, что делать с людьми в случае их высвобождения, Михаил Кадыров напомнает, что в 1990 году непосредственно занятых в сельскохозяйственном производстве было 1 млн 90 тысяч человек, тогда как в прошлом году их насчитывалось примерно 340 тысяч.

— За это время почти 700-800 тысяч куда-то делись. И для государства это не было проблемой, — отмечает эксперт. — Что делать с людьми? Кому-то, у кого есть силы, земли дать, кому-то личные подсобные хозяйства помочь развивать, организовав что-то типа маленьких мехотрядов, которые будут на приусадебных участках пахать, помогать убирать, подвозить удобрения, отвозить продукцию. Это как раз можно было бы на сельсоветы переложить. Нужно по-хозяйски подходить к этому делу. Не стоит так упорно держаться за убыточные предприятия...  

  • Оцени статью:
  • Проголосовало: 74
  • Балл: 4.6