Павел Данейко: Страсть и желание изменить мир — вот что выходит на первый план

Павел Данейко, основатель и гендиректор Бизнес-школы ИПМ, рассказал на Деловом форуме 2017 в Falcon Club о том, кто способен быть в конкурентным в будущем.

Павел Данейко. Фото: Павел Поташников, Про бизнес

— «Черный лебедь. Под знаком непредсказуемости» — это была первая книга Нассима Николаса Талеба, которую я прочитал.

Сначала подумал: какого черта, что за образ! Парни приплыли в Австралию, они же и кенгуру никогда не видели. При чем тут Черный лебедь. Потом понял — встретить в новой стране что-то неожиданное, это ожидаемо. А вот от белого лебедя никто не ожидал, что он будет черным.

Черный лебедь — событие, которое просто не может произойти. Но происходит.

Когда в финансовой системе из-за Черных лебедей меняются правила:

Миллионы людей пытаются понять, как на этих правилах можно заработать

Сотни тысяч достигают успеха

Десятки оказываются наверху

И все они каждый день прикладывают усилия, чтобы эти правила подстроить под свой бизнес и используемые решения. В результате вся финансовая система меняется.

О проблеме статистики

Нассим Талеб говорит, что мы слишком доверяем статистике. Но в чем проблема статистики? Их две:

Первая проблема — статистика хорошо знает, что было вчера и отлично дает информацию о том, что мы хорошо знаем. Но когда возникают новые явления, есть только слабые сигналы, которые мы не можем оцифровать. И не обращаем внимания на те мелкие изменения, которые происходят в институтах и организациях.

Статистика не ловит изменения и новые явления — мы видим их только когда проявляется их мощное разрушающее давление.

Вторая проблема — позиция человека, который интерпретирует эту статистику. К примеру, мужчины потребляют гораздо меньше косметики, чем женщины, и большинство мужчин с этим согласны. А как мы интерпретируем это?

Первый вариант: мужчины гораздо красивее женщин, поэтому им не нужна косметика. Второй вариант (и он мне ближе): большинству мужчин это не нужно, потому что им не нужно нравиться другим мужчинам.

Важно, какая наша позиция позволяет увидеть в цифрах статистики тренды и явления.

О трансакционных издержках и о том, что трансформирует мир

Карл Маркс — отец современной социологии, и три его идеи лежат в основе современных социологических представлений:

Идея объективности социальной жизни. Звучит просто, но на деле все довольно сложно

Идея соотношения производительных сил и производственных отношений, которая в современных условиях была развита Элвином Тоффлером, американским философом, социологом и футурологом

Идея социальных конфликтов различных групп

Но Маркс не знал, например, таких вещей, как трансакционные издержки.

Самое короткое определение данному термину — это все те издержки, которых не было у Робинзона Крузо: он ни с кем не заключал договоры или контракты и не отслеживал их исполнение. Это издержки на наши договоренности.

Сейчас уровень трансакционных издержек стремится к нулю. Простой факт: минута разговора Нью-Йорк — Лондон в деньгах 2000-го года в 1960 году стоила бы 60 долларов. Сколько это стоит сегодня? Нисколько.

О будущем и сумасшедших изменениях

Рэй Курцвейл, известный футуролог и технический директор Google, ввел понятие социальной сингулярности. Он говорит о том, что мир развивается по экспоненте, и в 2030-х годах наступит бессмертие и сингулярность — приращение знаний будет бесконечным в единицу времени. Это совершенно пугающая перспектива.

Курцвейл также говорит о том, что в течение ХХI века мы сделаем открытия, на которые при нынешних темпах понадобилось бы 20 000 лет. Темпы получения новых знаний в XXI веке будут в 1000 раз более высокими, чем в ХХ столетии.

Посмотрите еще и на эти факты:

До начала XX века объем знаний удваивался каждое столетие

Сегодня объем знаний человечества удваивается каждые 2−3 года

70% всей доступной информации появилось после изобретения Интернета

Чем больше мы знаем, тем быстрее приобретаем новые знания

Что сейчас изменяет мир? Это информационный взрыв (эра зеттабайта), принцип «все подключено» (Интернет), искусственный интеллект и аддитивное производство, способное производить индивидуальные вещи.

А дальше все будет дешеветь. Кастомизация в услугах и производстве станет равна 100%. Вопросы безопасности все сильнее будут касаться и вещей, и людей.

Что еще мы сегодня имеем:

Шеринговая экономика и прямые коммуникации снижают маркетинговые ошибки

3D-принтеры и аддитивное производство снижают издержки

Продукты, которые имели узкие рынки, расширяют эти рынки и становятся дешевле

Энергетика продолжает дешеветь: периодически в Германии, в США электроэнергия получает отрицательную стоимость

Не приведет ли это к катастрофическим изменениям? Снижение трансакционных издержек, развитие коммуникаций приводят к тому, что мы можем создать противостояние этим быстрым изменениям через быстрое договаривание между собой.

Капитализм имел 3 глобальных кризиса: в 1825 году, в 1929, в 2007—2009 годах. И если посмотреть на социальные последствия этих кризисов, то они становятся все мягче и мягче.

Это означает, что мы развиваем коммуникации, и уже большие группы людей начинают принимать ответственные решения, которые смягчают кризис. И если эта идея верна, то у нас есть надежда пережить все эти изменения.

Об advanced сhess и искусственном интеллекте

Появление искусственного интеллекта изменит нашу жизнь кардинально. А то, что происходит сейчас, — это только подготовка к этим изменениям.

Тайлер Коуэн, американский экономист, специалист в области экономики культуры и гроссмейстер, приводит пример advanced chess — «продвинутых шахмат»: машина может выигрывать у человека, а человек и машина — выигрывают у любой машины. Advanced сhess — шахматы, в которые играют команды и машины, игра команды людей и машин, с командами людей и машин. Человек и машина создают такие уникальные решения, которые не под силу отдельно машине и отдельно человеку.

Нельзя отделить интеллект от носителя. Машина умеет жертвовать фигуры — людям это дается трудно. В нас сидит страх смерти, мы не любим жертвовать и отдавать свое.

Нам не нужно делать машину похожей на человека. Нам нужно другое мышление и диалог с этим мышлением. И тогда мы получаем векторы решений, которые не под силу ни искусственному интеллекту, ни человеку отдельно.

Если это произойдет, нас ждет огромный прогресс. И большие изменения.

Когда машине будет интересно разговаривать с вами? Только тогда, когда у вас будет яркое видение мира и вы будете в состоянии генерировать и уметь задавать вопросы, которые интересны машине.

Для успеха в быстроменяющемся мире диалог с машиной будет важен. Как и важна опора на себя — выиграют те, кто не будет зависеть от институций, корпораций и госструктур.

Страсть, желание изменить мир, желание действия — вот что выходит на первый план.

Наблюдаю сейчас, как дифференцировались студенты наших экономических школ. И нередко есть невероятный разрыв между этими ребятами и другими студентами.

У наших ребят невероятное любопытство, которое ведет их дальше и дальше, создавая огромный массив знаний. Они умеют генерировать и задавать вопросы.

Чем отличаются их коллеги:

Часть из них не умеют спрашивать и потому не получают ответов

Есть также те, которые умеют спрашивать, но у них нет страсти и любопытства

А ведь то, что происходит в студенчестве — некая модель того, что будет происходить в будущем. Выиграют любопытные и страстные.

  • Оцени статью:
  • Проголосовало: 4
  • Балл: 5