Что смешалось в приемных семьях?

Почему в Беларуси уменьшается количество приемных семей и не выполняется указание президента об устройстве детей-сирот, ликвидации детдомов? С какими главными проблемами сталкиваются приемные родители?

«Знаете, что собой представлял Коля? В свои 14 умел читать лишь по слогам…»

Помните крылатое: все смешалось в доме Облонских… В аристократическом, замечу, доме! И речь о взрослых уже детках… А что тогда говорить о домах приемных семей?

Главной педагогической проблемой социальных сирот называют их страшную запущенность. Ведь годами те мальчишки и девчонки были предоставлены сами себе — прогуливали школу, «воспитывались» улицей. Не умеют элементарных вещей: застилать постель, пользоваться мылом и зубной щеткой. Зато хорошо знакомы со вкусом алкоголя и табака, с драками и насилием.

И вот они попадают в благополучную приемную семью. Что происходит дальше?

— …Гляньте дневник моего старшего сына — впечатляет? А ведь в 14 лет он читал по слогам, причем с трудом… В общем, работы у нас невпроворот. Но ситуация совсем не безнадежна, — считает Ольга, приемная мать из Могилевской области.

Почему и сейчас, и далее я не называю большинство фамилий своих собеседников, их точные адреса? Потому что Министерство образования «не рекомендует» приемным родителям обсуждать в СМИ острые вопросы. Вот многие и соглашались побеседовать лишь на условиях анонимности. (Это о чем-то вам говорит? Мне — о многом…)

Сидим на кухне Ольги. Четверо детей «играют в Золушку» — на столе перемешаны зерна фасоли и гороха, которые надо рассортировать по отдельным пакетикам. Похоже, игра нравится — общаются, смеются, время от времени даже поют хором.

Это нехитрое упражнение развивает у детей речь, навыки общения, усидчивость и моторику пальцев. Например, именно через такие игры восьмилетний Ваня научился держать ручку.

Приемный отец из другой семьи, Виктор, соглашается:

— Проверено практикой: наверстать многое из упущенного детьми можно. Но это, конечно, требует серьезных усилий и времени: бытовые привычки сформируются года через два, а догнать сверстников лучшие смогут только к 7-8 классам.

Родители обращают внимание на то, что дети часто охотнее слушают чужих людей, чем родителей. Папа с мамой в их понимании — это те, кто лишь контролирует, заставляет и придирается. Поэтому важно привлекать к общению бабушек и дедушек, двоюродных и троюродных — всех, кто готов уделять им время.

Ну а какая помощь в этом обыденном воспитании от администрации?

— Лучше бы они не лезли к нам со своими советами, а по правде — указивками, приказами,— не задумываясь отвечает Виктор. — На практике официальный контроль несет только вред.

А вот Ольга не соглашается с такой категоричностью:

— Вообще-то наша районная администрация не докучает претензиями, у меня по этой части обид нет.

Она возражала Виктору, а фактически подтвердила слова о том, что невмешательство органов опеки очень часто как раз и оборачивается на деле лучшей помощью.

«Сколько раз я молилась: «Господи, нет больше сил, помоги!»

По большому счету, приемные родители никогда не могут расслабиться: в любой момент жди «сюрприза»… Даже самый хороший-хороший ребенок вдруг ни с того ни с сего начинает фокусничать, да так, что хоть стой, хоть падай. И чаще всего это обман и воровство.

Николай Н.:

— Мы с Ириной взяли к себе двоих ребятишек. И все бы ничего, но привычка залезть в карман у них была просто неубиваемая… Поверьте, делали почти немыслимые усилия, чтобы объяснить — так нельзя! Но и дома, и в школе они «подбирали» все, что плохо лежало… А сколько у гостей украли! Такой стыд… И все же не теряли надежды выправить ситуацию. До той поры, пока не оставили всю семью на целый месяц без гроша — стащили Иринину и мою зарплаты вместе с пособиями на себя. Что сделали с деньгами? Отдали своим здравствующим папе с мамой — а они хронические алкоголики… Это стало последней каплей: мы сдались и отправили детей назад в интернат...

Таких примеров, когда приемные родители много лет вкладывают в приемных малышей и подростков свою любовь и добро, а те отвечают злом и неблагодарностью — великое множество. Но очень часто они просто «не ведают, что творят».

Ведь нередко сироты — дети с трудной судьбой и множеством психотравм. Приведем только несколько примеров:

Аню П. насиловал родной отец, когда ей было 7-8 лет.

Даша Ч. видела, как ее родная мать родила младенца, а затем закопала новорожденного в огороде.

Сергей Г. родился в тюрьме (мама отбывала наказание за убийство), где воспитывался до четырех лет… Затем перевели в детское учреждение, а далее — в приемную семью.

В повседневных проблемах, а они из разряда вечных, семьи фактически остаются со своими заботами одни: кто как может, так и справляется. И нередко переломить ситуацию почти нереально.

— Где вы видели специалиста, который мог бы оказать помощь малолетней девочке, пережившей насилие? — спрашивает Лариса В. — Мы прочли на эту тему все из городской библиотеки, не вылазим из интернета, но справиться с волнами депрессии, которые периодически накатывают на Анечку, не можем… И вернуть ее в детдом не в состоянии — сердце кровью обливается. Так вместе и мучаемся ее прошлым…

Но в других случаях администрация и могла бы помочь, да только не горят там таким желанием: проще переложить всю работу на родителей — это мнение Натальи Любенчук из Пинска. Уж она то знает, о чем говорит…

Впрочем, в особо крайних случаях сотрудники администрации стараются помогать родителям. Например, когда Аня, приемная дочь Ларисы В. сбежала из дома, подняли на ноги районную милицию и искали, пока не нашли.

Прокомментировать ситуацию мы попросим известного юриста и приемную мать Елену Кашину.

— Проблема в том, что в органах опеки большая текучесть кадров, и работники, сменяя один одного, не успевают войти в курс дела. Поэтому им проще занять «карательную позицию», чем помогать. И доходит до абсурда. Вот почему вообще не советую делиться с «профессионалами» своими проблемами — это может сработать против приемных родителей.

«Они ведут себя в нашем доме просто нагло, простите за грубость…»

— Администрация вмешивается в дела семьи слишком жестко и нетактично, — эмоционально говорит Наталья Любенчук, приемная мать из Пинска.

Это не только ее мнение. Притчей во языцех уже стала бесцеремонная привычка разных проверяющих расхаживать в грязной обуви по нашим квартирам… Дошло до того, что несколько лет назад тогдашнего министра образования С. Маскевича родители специально попросили решить эту простую и в то же время «колючую» проблему, но руководитель ведомства предпочел отмолчаться.

Наталья Любенчук:

— На местных чиновников зачастую действует лишь сила приемных родителей и семей: если вы с ребятами уверены в себе, можете постоять за себя и отстоять свое с помощью безупречной репутации, то есть шанс установить границы во взаимоотношениях с представителями опекающих органов. Нам нужно право вести дела в своей семье с учетом складывающихся обстоятельств, тысяч мелочей и нюансов, а не действовать строго по циркулярам — разве в них возможно все предусмотреть? Вспомним, к примеру, случаи с приемными семьями Захарич, Дударенко и Моцной — администрация использовала любой удобный случай, чтобы избавиться от излишне принципиальных и самостоятельных людей, не обращая внимания на то, что у детей не было серьезных претензий к ним и они хотели жить с этими полюбившимися, ставшими родными людьми...

Опять риторический вопрос: почему так происходит?

— Право администрации вмешиваться в жизнь приемной семьи закреплено в законодательстве, — комментирует ситуацию Елена Кашина. — К примеру, одинокая женщина, если у нее есть приемные малыши, обязана информировать орган опеки, с кем она вступает в брак. Чиновник имеет право знать вашу врачебную тайну, проверять медицинские карточки. Он волен входить без спроса в ваш дом... Со стороны эти «мелочи» вроде и логичны, но, поверьте, слишком часто такой контроль не помогает, а, наоборот, лишь вредит, разрушает покой и взаимопонимание детей с родителями. Это неправильно, что у приемной семьи практически не существует никаких границ личной жизни…

Но у официальных структур иная точка зрения, противоположная по сути установка. Для иллюстрации посмотрим документ под названием «Принципы социально-педагогической деятельности по созданию и сопровождению профессиональных замещающих семей». Как гласит принцип № 1, «приемному ребенку недостаточно просто «жить в семье». Детям надо жить в семье, которая сможет удовлетворить их потребности профессионально». А вот принцип № 3: «…замещающие родители на платной основе оказывают услуги по воспитанию детей на дому». Следовательно, поскольку администрация платит деньги, то имеет право вмешиваться, а другая сторона обязана «постоянно демонстрировать открытость».

К слову говоря, авторы «принципов» избегают слов «приемная семья» и «приемные родители». Вместо этого используется термин «профессиональная семья» и «профессионалы». И еще одна цитата: «Недопустимо, чтобы в профессиональной семье приемный ребенок называл воспитателей «мама и папа»».

Таким образом, интересы зачастую в корне расходятся и примирить их зачастую невозможно...

  • Оцени статью: