Андрей Егоров:  Одна Светлана Алексиевич сегодня имеет больший вес, чем вся политическая оппозиция вместе взятая

Резкая политизация «прессуемых» групп может стать несимметричным ответом властям

Все политические партии сами по себе не имеют большого веса, им выгоднее объединиться, но по разные стороны баррикад их разводят частные интересы.

15 мая в Минске пройдет Белорусский национальный конгресс.

За неделю до мероприятия оргкомитет не получил ответа из Мингорисполкома на заявку о предоставлении помещения. Что вынудило организаторов заявить, что БНК пройдет в любом случае: в помещении либо под открытым небом.

Конгресс должен продемонстрировать единство оппозиции накануне парламентской кампании. Однако единого списка оппозиционных кандидатов не будет, «правоцентристская коалиция» отказалась участвовать в Конгрессе. Зачем тогда БНК вообще?

Об этом Служба информации «ЕвроБеларуси» попросила высказать свое мнение руководителя Центра европейской трансформации, политолога Андрея Егорова.

— Белорусская оппозиция снова не договорилась о «едином» списке кандидатов на парламентские выборы, хотя почти все структуры намерены участвовать в избирательной кампании. Что снова помешало ей выступить единым фронтом?

— Как обычно, мешают личные отношения, конфликты, претензии друг к другу. Никакой политической логики за противостоянием не просматривается. Все политические партии сами по себе не имеют большого веса, им выгоднее объединиться, но по разные стороны баррикад их разводят частные интересы структур.

— Тем не менее, 15 мая демократически силы проводят Белорусский национальный конгресс, который должен продемонстрировать единство. Однако «правоцентристы», как себя называют БНФ, ОГП, Движение «За Свободу» и БХД, отказались от участия в форуме. Какой смысл тогда вкладывается в БНК?

— Никакого смысла Белорусский национальный конгресс не имел с самого начала. Чтобы разговаривать и договариваться, никакие конгрессы не нужны. Это чисто символическое действие, приватная инициатива некоторых структур, которые пытаются таким образом легитимировать свое политическое положение в виде коммуникационной площадки, на которой они якобы могут договориться. Ни публичные, ни кулуарные переговоры не приносят никакого успеха, потому что корень проблемы в другом: ни одна из оппозиционных структур сегодня не заинтересована в коалиционной работе.

— Почему так происходит?

— Из-за смещения логики политического процесса: партии не конкурируют за избирателя и электорат, конкуренция происходит на других полях — за ресурс влияния на международные структуры, за потенциальную роль в распределении ресурсов, за воздействие на медиа. Причем исключительно на независимые медиа. Такая возня очень далека от реального политического противостояния в Беларуси.

— Нужен ли белорусскому обществу общенациональный конгресс вообще?

— Белорусскому обществу нужна альтернатива существующей системе, авторитетная сила. Понятно, что свой авторитет нельзя завоевать исключительно политической деятельностью; он накапливается в других сферах жизнедеятельности: написании книг, поддержке белорусской культуры, значимых для страны проектов — именно здесь лежит источник социального капитала, который впоследствии можно превратить в капитал политический. Одна Светлана Алексиевич сегодня имеет больший вес, чем вся политическая оппозиция вместе взятая.

— Оппозиция де-факто приняла решение участвовать в парламентской кампании. Целесообразно ли это в условиях, когда официальный Минск отказывается корректировать избирательное законодательство, а ситуация с правами человека в стране ухудшается? Не распыляет ли оппозиция свои силы и ресурсы на совершенно лишние телодвижения?

— Логика частных интересов диктует оппозиции стремление участвовать в «выборах» — только в период избирательных кампаний оппозиция вроде и существует. Логика симуляции политической борьбы и политической деятельности участием в выборах хоть как-то объясняет присутствие оппозиции в средствах массовой информации. Через участие в «выборах» оппозиционные структуры стремятся получить некий вес, завоевать общественное внимание. И получают: вот мы сейчас обсуждаем глупость, которую не надо обсуждать, потому что никакого политического смысла в том нет.

Парламентские выборы при определенном раскладе сил (при объединении оппозиции и формировании единого списка) могли бы играть на улучшение имиджа политической оппозиции, на повышение доверия к ней протестной части электората. Но если оппозиция не предпринимает действий, которых ждет от нее общество, то и участие, и неучастие в «выборах» в равной степени бессмысленны.

Другое дело, что сейчас в Беларуси государство начинает «прессовать» различные социальные группы по непонятным причинам: под раздачу попадает то «Критическая масса», которая организует велопробеги, то байкеры, то неугодные музыканты. Для людей, которые имеют определенный социальный капитал, но попали под пресс властей, выборы приобретают перспективный шанс — дать несимметричный ответ на абсурдные действия властей.

Вспомним историю Сергея Числова, которого белорусские власти арестовали по обвинению в организации теракта на Дне Независимости 3 июля 2008 года. Числова посадили в тюрьму, где он провел некоторое время и вышел на свободу с чистой совестью. Но Сергей Числов обиделся на действия властей и... пошел на выборы. Он сделал классный авантюрный ход, несимметрично ответив на абсолютно неадекватные и нерациональные действия в отношении него. И Числов морально, интуитивно, политически переиграл власть.

Резкая политизация социальных групп, которые попали под пресс государства, с началом политической кампании может стать сильным несимметричным ответом на неадекватные действия властей. Что, скорее всего, вынудит власть договариваться с группами, которым сама же и объявила войну, нежели провоцируя дальнейшую их политизацию или, не дай Бог, слияние и объединение.

  • Оцени статью:
  • Проголосовало: 9
  • Балл: 4