Евразийский союз. Большие перспективы в густом тумане

Чуть больше года прошло с начала функционирования Евразийского экономического союза (ЕАЭС), в который входят Армения, Беларусь, Казахстан, Кыргызстан и Россия. Эксперты отмечают, что пока ЕАЭС особыми успехами похвастаться не может, а перспективы его туманны.

Евразийский экономический союз начал работать с 1 января 2015 года. Соглашение о его создании было достигнуто еще в 2010 году на саммите ЕврАзЭС, на смену которому и пришел ЕАЭС.

Руководители всех стран-участниц нового образования неоднократно подчеркивали его исключительно экономическую направленность и заявляли о больших перспективах экономического роста внутри союза.

Стать не хуже ЕС — пока из сферы фантастики

Например, встречаясь 24 марта нынешнего года с председателем Коллегии Евразийской экономической комиссии (ЕЭК) Тиграном Саркисяном, Александр Лукашенко заявил, что ЕАЭС должен стать не хуже Европейского союза.

«У нас обратного пути нет. Нам нужно совершенствовать Евразийский экономический союз, создавать союз не хуже ЕС. В противном случае мы перед нашими людьми будем выглядеть болтунами», — отметил глава государства.

При этом белорусский президент считает, что у ЕАЭС, созданного за довольно короткое время, достаточно успехов, «но недостатков и нерешенных проблем, которые надо решать в силу объективных, субъективных причин, очень много».

Лукашенко отметил, что с оптимизмом смотрит в будущее ЕАЭС: «Жизнь нас заставит очень быстро двигаться в плане становления нашего союза, выстраивания той формулы, о которой мы всегда говорили».

Однако пока малореально не то что сделать ЕАЭС «не хуже Евросоюза», но даже устранить барьеры, которые ограничивают свободы рынков, капитала и рабочей силы внутри этого союза постсоветских стран.

Россия пытается политизировать евразийскую интеграцию

Эксперты и вовсе пессимистичны при оценках итогов первого года функционирования ЕАЭС.

Так, в докладе «Беларусь в ЕАЭС: год спустя (неутешительные итоги и сомнительные перспективы)», который подготовлен белорусским Центром стратегических и внешнеполитических исследований при поддержке Фонда имени Фридриха Эберта, отмечается: российские власти пытаются политизировать процесс евразийской интеграции и превратить ЕАЭС в полюс противостояния с Западом.

«Помимо кризиса евразийских интеграционных процессов, негативного влияния экономического спада в России и других государствах ЕАЭС на национальную экономику Беларуси, белорусские власти испытывают на себе масштабное военно-политическое давление со стороны Кремля, направленное на вовлечение Беларуси в геополитическое противостояние между Россией и Западом, — говорится в докладе. — Внутри России повестка экономического развития была заменена повесткой новой «холодной войны», обусловившей усиление военно-политической активности как на постсоветском пространстве, так и за его пределами, а также попытками политизировать евразийские интеграционные процессы и превратить ЕАЭС в полюс противостояния с Западом в различных сферах — начиная от финансово-экономической и заканчивая военно-политической».

Миротворческая миссия Беларуси в урегулировании конфликта в Украине позволила Минску существенно улучшить отношения с Западом. По мнению экспертов, белорусские власти рассматривают углубление сотрудничества с западными и восточными соседями как способ решения тех экономических проблем, с которыми столкнулась Беларусь из-за кризиса евразийской интеграции, а также «как инструмент внешнеполитического балансирования, позволяющего уменьшить давление на суверенитет со стороны Кремля и предотвратить втягивание в новую «холодную войну».

«Имея индустриализированную промышленность, Беларусь рассчитывает на то, что рынки партнеров по евразийской интеграции станут рынками сбыта для ее производителей. И в этом смысле ЕАЭС позиционировался для Беларуси как возможность сохранить промышленность. С точки зрения результатов 2015 года мы видим, что ЕАЭС остается союзом государств, которые торгуют прежде всего с внешним миром, а не между собой», — сказал на презентации доклада в Минске председатель наблюдательного совета Центра стратегических и внешнеполитических исследований Юрий Царик.

Сложился бюрократический механизм

Политолог Андрей Елисеев отмечает, что старт ЕАЭС начался в неудачное с точки зрения экономики время, что, разумеется, сказалось на его функционировании.

Но без видимых успехов в экономической интеграции за год ЕАЭС уже успел «сложиться как отдельный бюрократический механизм», из-за чего принятие важных решений затягивается на многие месяцы.

Интеграционные процессы в ЕАЭС развиваются недостаточно активно. «Пока это сугубо экономическое образование. И малореалистично, что лидеры стран готовы делегировать полномочия в различных сферах каким-то наднациональным органам», — сказал Елисеев в интервью БелаПАН.

В перспективе, отметил он, судьба ЕАЭС во многом будет зависеть от экономической ситуации в регионе и политической воли глав государств. «Пока же экономика не располагает и политической воли у руководства недостаточно, чтобы активно развивалась интеграция», — считает Елисеев.

Но и говорить о ЕАЭС как о неудачном проекте пока тоже рано, подчеркивает эксперт. «Да, это типичная региональная экономическая организация, но она существует еще слишком недолго, чтобы оценивать, насколько эффективной была экономическая интеграция», — сказал Елисеев.

Он также обращает внимание на то, что в этом экономическом интеграционном союзе Россия пытается решать и свои геополитические задачи.

«Российская правящая элита рассматривает этот союз как некое пространство с особой ролью русского языка, русской культуры и так далее, то есть не только как экономическое, но и геополитическое объединение», — сказал Елисеев.

Принципы не работают

Директор Центра стратегических и внешнеполитических исследований Арсений Сивицкий, в свою очередь, считает очевидным, что ЕАЭС находится в кризисе.

«И кризис этот прежде всего институциональный, — сказал Сивицкий БелаПАН. — Связан он с тем, что, по сути, не работают принципы, о которых договаривались во время подписания договора о создании ЕАЭС, а именно принципы свободного движения товаров, капитала, услуг и рабочей силы».

Политолог подчеркнул, что на сегодняшний день, по оценкам ЕЭК, сохраняется около 450 изъятий и ограничений в двухсторонней торговле. «А санкционная война между Россией и Западом еще больше увеличила их количество, — отметил Сивицкий. — Такое огромное количество изъятий и ограничений прежде всего отражается на динамике внутренней торговли между членами ЕАЭС. Мы уже третий год подряд наблюдаем снижение товарооборота внутри ЕАЭС».

При этом Сивицкий отмечает, что партнеры Беларуси по ЕАЭС часто игнорируют обязательства в рамках интеграционного образования. В частности, напомнил он, Россия запустила программы импортозамещения, но не пригласила участвовать в них белорусские предприятия. А Казахстан вступил во Всемирную торговую организацию без оглядки на тарифные обязательства в рамках ЕАЭС.

Кроме того, говорит Сивицкий, несогласованные макроэкономическая и финансовая политики привели, по сути, к валютным войнам внутри союза в результате волны девальваций. «Все это, конечно, ставит под большой вопрос перспективы ЕАЭС», — считает эксперт.

Впрочем, он также считает, что о крахе проекта говорить пока рано. «Падение товарооборота ЕАЭС с внешним миром не является показателем, потому что ЕАЭС запустился в условиях очень неблагоприятной внешнеэкономической конъюнктуры, — сказал Сивицкий. — Но я бы здесь обратил внимание на то, что мы наблюдаем все признаки системного кризиса».

По мнению Сивицкого, ЕАЭС не может дать системный ответ на те вызовы экономического и геополитического характера, с которым сталкивается.

Например, говорит политолог, Беларусь во время своего председательства в прошлом году предложила партнерам для реализации пакет антикризисных мер, направленных на преодоление негативных тенденций. «И хотя на словах этот план был поддержан всеми участниками евразийской интеграции, в том числе и Россией, тем не менее на практике ни один из пунктов этой антикризисной повестки дня не был реализован, — подчеркивает собеседник БелаПАН. — Беларусь также продублировала этот план в рамках Союзного государства, но, по сути, Россия проигнорировала эти предложения».

Россия устала финансировать интеграцию?

Сивицкий считает, что российская сторона или устала от экономической интеграции, или не имеет больше ресурсов для ее финансирования.

Политолог говорит также и «о переходе к так называемой новой геостратегии России, когда Кремль пытается контролировать постсоветское пространство не за счет механизмов экономической интеграции, как пытался это делать до украинского кризиса, а за счет буквально политической дестабилизации и военно-политического давления на страны, чтобы удерживать их в орбите своего влияния».

Украинский кризис стал переломным моментом, который обозначил переход к этой новой стратегии, полагает Сивицкий.

В то же время Россия все еще остается основным торгово-экономическим партнером для Беларуси. Степень и глубина торгово-экономических и кооперационных связей Беларуси и России несопоставимы со связями Беларуси с другими государствами, в том числе со странами Евросоюза.

«Здесь важно указать на то, что помимо форм обычного товарооборота между Беларусью и Россией пока еще сохраняются глубокие формы промышленной кооперации, когда белорусские продукция встроена в определенные технологические цепочки российских производств и корпораций, — говорит Сивицкий. — Но проблема в том, что Россия, заявив курс на импортозамещение, по сути, исключила и продолжает исключать белорусские компании и предприятия из этих цепочек. А это подрывает те основы, на которых ЕАЭС и создавался».

Российская сторона, по мнению Сивицкого, серьезно пересмотрела свой подход к евразийской интеграции: «Она где-то сознательно идет на разрушение кооперационных цепочек, не готова уже предоставлять финансовую помощь Беларуси в тех же объемах, что до украинского кризиса».

До 2014 года Беларусь получала в год стабильно от 2 до 4 млрд долларов финансово-кредитной помощи от России, напомнил аналитик. После украинского кризиса эти суммы стали в разы меньше.

Например, недавно выделенного кредита Евразийского фонда стабилизации и развития достаточно лишь только для того, чтобы рефинансировать долговые обязательства перед Россией. Но эти деньги невозможно пустить на решение экономических проблем и экономические проекты, отметил политолог.

«К сожалению, пока логика развития событий такова, что ЕАЭС рискует превратиться в очередное аморфное интеграционное образование на постсоветском пространстве, как это было с предыдущими экономическими образованиями типа ЕврАзЭС и Таможенного союза», — сказал Сивицкий.

  • Оцени статью:
  • Проголосовало: 2
  • Балл: 4.5