Куда продать белорусский трактор, если его не покупают в ЕС?

И почему борьба с безработицей лишает шанса создать новые рабочие места — об этом менеджер программ Международного совета шведской промышленности Алессандра Корнале и гендиректор Шведско-Белорусской Ассоциации Бизнеса Арне Эллефорс.

— Белорусский бизнес часто сравнивают со шведским. Что у них общего и чем они отличаются?

Алессандра Корнале: Обе страны имеют небольшой рынок и во многом зависят от экспорта. И если шведы, несмотря на существующие проблемы, успешно пользуются этой возможностью, то белорусы пока не спешат находить новых партнеров. Несмотря на то, что в последние годы два крупнейших рынка, на которых завязана Беларусь – Украина и Россия – переживают серьезный кризис. Из-за своей преданности этим рынкам крупные предприятия, особенно промышленники, теряют большую часть рынка сбыта.

Сейчас, когда перед крупным бизнесом стоит задача найти альтернативные рынки и новых партнеров, он не знает, как это делать, потому что никогда об этом не задумывался.

— И как долго это будет продолжаться?

— Неизбежность вынудит предприятия освоить компетенции маркетинга и брэндинга, изучить внешние рынки, выяснить, где они являются конкурентоспособными. Придется реструктурировать большие предприятия, в первую очередь принадлежащие государству, потому что частные компании более конкурентоспособны.

— Каким образом крупному, недостаточно эффективному бизнесу пережить кризис?

Алессандра Корнале: Осознать и принять, что часть крупных убыточных компаний придется ликвидировать. Известно, что белорусское государство не хочет закрывать и оптимизировать госпредприятия, чтобы не ухудшать красивую картинку по безработице. Но чем раньше это сделать, тем больше шансов будет у государства преобразовать остальные предприятия, а значит, и обеспечить людей новыми рабочими местами. В будущем на месте закрытых предприятий появятся новые, производящие востребованный на рынке товар.

Предприятия, подающие надежду, все равно следует оптимизировать: либо сокращать работников, либо найти решения, позволяющие им работать меньше. Но второй подход – исключение из правила, он действует лишь в редких хорошо продуманных ситуациях. Например, одна крупная шведская компания во время последнего кризиса вынуждена была сократить часть работников. Руководство, однако, понимало, что эти люди уже хорошо знакомы с производством, и не хотело потерять их. По согласованию с местной властью их рабочее время сократили и уменьшили заработную плату. Но одновременно внедряли новые технологии и обучали людей за свой счет. После кризиса все работники остались на местах и имели более высокую квалификацию.

Арне Эллефорс: Посмотрите на мой пиджак, красивый, не правда ли? Так вот, он сделан в Беларуси. Когда я его купил, мне понравился его фасон, качество, достаточно низкая цена. Но когда я предложил производителю наладить продажи своего текстиля в Швеции, он сказал, что «нам не нужен шведский рынок, нам достаточно рынка сбыта в России и в Таможенном союзе».

С таким подходом к делу не стоит даже заикаться о развитии компании. Даже если вы не хотите продавать свой товар в конкретной стране, все равно следует налаживать контакты и сотрудничать с потенциальными клиентами.

Белорусская промышленность находится в сложном положении на внешних рынках из-за высокой конкуренции товаров из стран с низкооплачиваемой рабочей силой и уже налаженными связями. В такой обстановке приходится находить неординарные шаги для развития своего бизнеса. И делать это могут высокообразованные руководители предприятий. Если таких нет, пора обучать тех, кто стоит во главе компаний.

— Какие экономические направления в Беларуси могут вырваться вперед в нынешней экономической ситуации?

Алессандра Корнале: Наиболее высокий потенциал у IT-компаний. Это в Беларуси одно из самых перспективных направлений, которое может приносить в страну прибыль, сравнимую если не со всем реальным сектором, то с его большей частью. IT-компании сейчас стоит поддерживать, стимулировать оставаться внутри страны, даже если они работают на внешние рынки.

У промышленности, например, у производителей тракторов есть шанс продвигаться на рынках за пределами Евросоюза, в рамках которого они не выдерживают конкуренцию: это Африка, Латинская Америка.

Арне Эллефорс: Соглашусь с тем, что наиболее прибыльный и успешный сегодня в Беларуси именно IT-бизнес. Но также есть неплохой потенциал у туристического направления. И уникальность его не в белорусской природе или памяти о советском прошлом, а в белорусских людях: много лет я наблюдаю за тем, что европейцы, приехав в Беларусь один раз, возвращаются сюда снова.

Что касается бизнеса в целом, белорусам не мешало бы изменить отношение к ведению бизнеса, тогда изменится и его ориентированность.

— Малый и средний белорусский бизнес более гибкий, он быстрей находит решения для выхода из кризиса. Но и он сейчас переживает нелегкие времена. Какие советы вы могли бы дать небольшим компаниям?

Алессандра Корнале: Небольшие компании также часто страдают излишней забюрократизированностью. Им следует максимально упрощать все рабочие процедуры, сокращать время принятия решений, согласований. В остальном советы для всех одинаковые – использовать кризис для поиска новых партнеров, развивать культуру ведения бизнеса, улучшать маркетинговые стратегии.

Справка «Завтра твоей страны»

Шведские эксперты бизнеса поделились опытом с белорусскими коллегами во время семинара «Белорусско-шведское сотрудничество тренды и препятствия», который прошел в рамках форума Первого форума по предпринимательству выпускников Шведского Института (SIAF).

  • Оцени статью:
  • Проголосовало: 6
  • Балл: 4.2