Где можно услышать исповедь монаха-расстриги и трансгендерной девушки?

Как избавить белорусов от вредных стереотипов?

Пришедший из Дании формат встреч в виде «живых книг» уже год борется со стереотипами белорусов. За это время в проекте «Живая библиотека» приняли участие около 100 «книг» — людей, рассказывающих «читателям» свои истории. «Читателей» в необычную библиотеку пришло не меньше 650.

«Живая книга» позволяет во время обычной беседы развенчивать стереотипы, уверена координатор проекта «Живая библиотека»и в Беларуси Марина Штрахова.

– Часто у людей есть вопросы, которые они не решаются задать тому, кто чем-то от них отличается. Если же человек определенной профессии, взглядов, имеющий какие-то особенности открыт к беседе, его слушатели получают больше информации, чем из посторонних источников. После беседы они другими глазами смотрят на людей, относящихся к иному сообществу, – объясняет Марина.

«Книги» в библиотеке очень разные. Это и представители различных религиозных течений, члены ЛГБТ-сообщества, герои, рассказывавшие о том, как существовать в закрытом психоневрологическом интернате, люди, придерживающиеся определенного стиля жизни: например, вегетарианцы и веганы.

Корреспондент «Завтра твоей страны» тоже прочитала несколько книг.

Саша. Расстрига

Фото: zautra.by

После двадцати лет жизни в православном монастыре иеромонах Саша разочаровался в ключевых догматических учениях церкви. Лишен церковного сана и работает электриком.

Когда иеромонах жил в монастыре, а потом в церкви, у него было много вопросов относительно религии, мира и жизни в целом. По мере того, как герой разбирался в этих вопросах, читал много литературы. В итоге Саша начал ощущать себя агностиком.

— Я видел и вижу много промахов, ошибок, заблуждений, – объясняет причину своих сомнений бывший священник.

Определенное время внешне его жизнь казалась прежней, но иеромонах стал меняться. Прочитав немало работ по библеистике, он увидел, что ключевое учение церкви о том, что Иисус Христос – бог не совсем верно.

— Я почитаю Иисуса Христа святым, пророком, но только не богом. После этого соответственно рушится учение троицы, – объясняет Саша. Хотя бывший священник признает, что заповеди для него остаются важными, но проявления мессианства теперь ему чужды.

— Я не мог больше рассказывать людям о том, во что сам перестал верить. Решил, что будет честно оставить служение, церковь и жить согласно своим убеждениям, – рассказывает герой истории.

Он обратился к епископу с прошением сложить с него сан и позволить оставить служение.

— Согласно церковному суду меня лишили сана и едва не лишили церковного общения, – говорит Саша. Узнав причину ухода, коллеги обвинили его в неадекватности.

Саша вспоминает:

— Мой уход из церкви сравнили с тем, как муж бросил жену. Но если так сравнивать, то я бы сказал, что любил жену, но однажды проснулся, а ее нет.

Сейчас он работает электриком, живет со своей невестой и строит планы на будущее.

— Чувствую, что больше не могу стать частью какой-то определенной религии, хоть формально остаюсь православным, – рассказывает Саша «читателям».

Сейчас Саша придерживается заповедей, следует правилу Евангелие, которое гласит, что поступать с людьми следует так, как хочешь, чтобы они поступали с тобой.

Настя. Правозащитница

Фото: zautra.by

Правозащитница Настя специализируется на темах политзаключенных, недескриминации, общественного контроля, справедливого суда. Юрист по образованию. Говорит на белорусском языке, вегетарианка.

В годы получения профессии девушка была убеждена, что стать юристом – ошибочное решение.

— В Беларуси сложная ситуация с правом, в учебниках ты читаешь одно, а в реальности ты видишь совсем другое, – вспоминает она о первом впечатлении от знакомства с правовой системой.

Позже Настя решила сражаться с правовой несправедливостью. С 18 лет занимается общественной деятельностью.

Когда в стране начались акции протеста и людей массово арестовывали, героиня была в группе людей, помогающих им в юридических вопросах. Постепенно эта инициатива переросла в правозащитную организацию.

— Мы предоставляем помощь тем, кого незаконно задерживают правоохранители, занимаемся проблемами политзаключенных, смертельным наказанием, свободой собраний, – рассказывает гостям библиотеки Настя.

Правозащитники часто встречаются со стереотипами в отношении себя.

— Почему-то нас воспринимают как оппозицию и пятую колонну. Некоторые уверены, что мы живем за счет грантов и делаем то, что нам диктуют грантодатели. Нас не любят за то, что мы порой заявляем, что система непропорционально наказала человека, – говорит девушка.

Правозащитники не могут полностью изменить ситуацию с соблюдением прав человека, но они стараются помогать пострадавшим от несправедливости, обратить внимание общественности на их проблемы.

— К нам за юридической помощью обращаются даже люди, приезжающие жить в нашу страну. Некоторые из них не знают, как оформить статус беженца, других интересуют вопросы страховки, — рассказывает Настя.

Она считает, что любая власть в определенной мере нарушает права человека. И поэтому общество нуждается в правозащитниках, которые борются с несправедливостью при любой власти.

Алина. Трансгендерная девушка

В шесть лет Алина поняла, что ее женская сущность заключена в теле мужчины. Но только в 25 лет она призналась в этом своим близким:

— Долгое время сама пыталась осознать, что со мной происходит. Я боялась признаться себе, кто я на самом деле, думала, что я такая одна. А потом надо было решиться рассказать обо всем семье.

Ее семья, которая мало осведомлена об особенностях общества ЛГБТ, не видит различий между сексуальной ориентацией и гендерной идентичностью, признание Алины не приняла и отвернулась от нее.

— Мама сказала, что все это дурь, и ее надо выбивать в психиатрической клинике, – рассказывает Алина.

Трансгендерные люди чувствуют свою гендерную идентичность отлично от биологического пола. Это несоответствие у них формируется еще в утробе матери. Алина отрицает свой биологический пол, чувствует себя девушкой и просит обращаться к ней в женском роде.

В детстве она примеряла одежду своей сестры, втайне ото всех, чтобы родители не узнали. Ведь часто случаи обнаружения родителями своего сына в девичьих нарядах заканчивались походом к психиатру.

Алина убеждена, что все такие люди, как она, переживают очень сложный период, в котором их близким предстоит осознать, что с этими людьми происходит, понять, кто они есть и как с этим жить дальше. Многие семьи не в состоянии осознать, что такое гендерное несоответствие с полом, другие стесняются реакции общества.

— Проходит много времени до того, как близкие примут трансгендерного человека. Это очень тяжело для него самого и для всей семьи. А обратиться за психологической помощью у нас пока некуда, – сожалеет Алина.

Героиня занимается малярно-отделочными работами и радуется, что ее понимает заказчик, а также тому, что на работе нет коллектива, который точно бы не понял ее особенность.

Сейчас Алина принимает гормоны, чтобы начать процесс внешнего перевоплощения, приблизить внешность к своему внутреннему «я». Она хочет уехать в Швецию, потому что «там лучше соблюдаются права человека и там толерантно относятся к трансгендерам».

Дана. Домашние роды: личный опыт

Героиня хочет, чтобы у женщины было право выбирать, где и как появится на свет ее ребенок.

В молодости Дана так была напугана рассказами знакомых о роддомах, что узнав о беременности, боялась только одного – рожать в клинике.

Роддома сделаны скорее для удобства государства, считает героиня. Роды в естественных условиях отличаются от больничных: организм готовится к родам без медицинского вмешательства, меньше стресса для матери и ребенка, малыш все время находится с родителями.

Когда Дана начала интересоваться темой домашних родов, она узнала, что женщин, выбравших такой вариант, немало. Но все же больше тех, кто уверен, что роды дома – это нестерильная комната с фанатичными родителями-сектантами и акушеркой-убийцей.

Домашние роды распространены во многих странах мира. Но наше здравоохранение не приветствует такой подход. После того, как Дана сообщила врачам, что планирует рожать дома, заведующая женской консультации провела с ней вразумительную беседу, пыталась отговорить. Пришлось солгать врачам, что все же приедет рожать в больницу.

— Если близкие моим решением восхищались, то посторонние иногда упрекали: ставьте эксперименты на себе, а не на ребенке, – рассказывает Дана.

Женщина считает, что выбор стоит за будущими родителями, но нередко все же может понадобиться врачебная помощь.

— У меня беременность проходила хорошо, и волноваться за роды не было причин. Я советовалась с акушеркой, сдавала анализы... Но есть женщины, которые были вынуждены ехать в роддом, не стоит настаивать на домашних родах вопреки здоровью своему и ребенка, – предостерегает Дана.

Из-за отсутствия справки из роддома белорусские домашние роженицы не могут зарегистрировать ребенка в ЗАГСе, делать это приходится через суд. Героиня считает, что если бы была развита система домашних родов, предоставление услуг выезда на дом акушерок, женщины имели бы право выбора, а клиники стремились бы к созданию лучших условий для рожениц, конкурируя с «домашними» акушерками.

Несколько историй не могут перечеркнуть стереотипы, десятилетиями формировавшиеся в обществе. Но с помощью таких рассказов удается развеять мифы для тех людей, которые приходят послушать истории героев, а также для их окружения.

– Сложно сказать, удается ли полностью разрушить стереотипы: проследить процесс исчезновения предрассудков невозможно, – рассказывает Марина Штрахова. – Но большинство гостей в анкетах для отзывов говорят, что их отношение к необычным людям меняется, и определенные стереотипы исчезают.

«Библиотекарей» удивили отзывы после первой библиотеки, на которой была девушка, представляющая квир – людей, которые называют себя другими и чем-то отличаются от других во внешности, понятии себя, гендере. Она так доступно рассказала о своей идентичности, что в анкетах посетители признавались, что поняли, что быть «другим» – это нормально, и нет ничего страшного в том, что в обществе встречаются люди, значительно отличающиеся от «нормы».

— Мы часто видим, что до мероприятия отношение людей одно, а сразу после него заметно меняется. И это дает надежду, что некоторые стереотипы со временем у нас исчезнут, — говорит Марина Штрахова.

  • Оцени идею:   
  • Проголосовало "ЗА": 10
  • "ПРОТИВ" : 0