Налоговая алхимия

Действия белорусских чиновников по совершенствованию налогового законодательства в последнее время напоминают работу средневековых алхимиков.

Как и алхимики, пытавшиеся сделать невозможное, то есть получить золото из обычных металлов, белорусские чиновники пытаются в условиях кризиса, вопреки экономическим законам, добиться роста поступлений в бюджет без увеличения налоговых ставок. И если о реальных успехах средневековых алхимиков достоверно мало что известно, то белорусские чиновники вполне преуспели в поиске новых экзотических способов формирования бюджета.

Стопроцентные нарушители

Первым шагом в процессе привлечения дополнительных поступлений в бюджет стало упрощение процедуры проведения налоговых проверок. В целях борьбы с теневой экономикой с 1 января 2013 года вступил в силу Указ президента Республики Беларусь от 23 октября 2012 года № 488 «О некоторых мерах по предупреждению незаконной минимизации сумм налоговых обязательств» (далее – Указ № 488).

Преследуя, в принципе, правильные цели, такие как борьба с теневой экономикой, Указ № 488 создал плохую для бизнеса, но хорошую для проверяющих органов правовую базу. В условиях современного экономического кризиса этот указ предоставил им дополнительный источник поступлений в бюджет.

Благодаря Указу № 488 на практике сложилась довольно простая схема проведения налоговых проверок, основанная на существующей в контролирующих органах и постоянно пополняющейся базе лжепредпринимательских структур. После выявления любой лжепредпринимательской структуры у налоговых органов появляется список ее контрагентов, которые по сложившейся правоприменительной практике Указа № 488 фактически являются нарушителями налогового законодательства.

В дальнейшем указанный список контрагентов лжепредпринимательской структуры может быть использован налоговыми органами при выборе объекта плановой проверки или для направления письма с просьбой о добровольной уплате налогов. Выбор способа использования полученной информации о контрагентах зависит в первую очередь от суммы сделок и от времени проведения последней налоговой проверки на предприятии.

Если налоговая проверка проводилась более трех лет назад либо сумма договора с лжепредпринимательской структурой, по мнению налоговых органов, существенна, то назначается плановая налоговая проверка. При этом в ходе проверки сверяется список контрагентов проверяемой организации с имеющимся у налоговых органов списком лжепредпринимательских структур. Каждое такое совпадение из двух списков фактически означает дополнительные доначисления в бюджет налогов и штрафных санкций, так как доказать правомерность сделки практически невозможно.

По сложившейся правоприменительной практике, наличие договорных отношений с лжепредпринимательской структурой уже само по себе является нарушением закона. Логика контролирующих органов заключается в том, что если вся деятельность лжепредпринимательской организации является незаконной, то незаконна и деятельность ее контрагентов по этим договорам, несмотря на то что при этом контрагенты могут добросовестно платить налоги.

Например, в чем виновато предприятие, если оно купило товар и добросовестно исполнило все свои обязательства, в том числе и по уплате налогов? В ответе ли оно за своего контрагента, который продал товар, но не уплачивал налоги и поэтому был признан лжепредпринимательской структурой?

Еще более странной выглядит ситуация, когда товар продают организации, которую в дальнейшем признают лжепредпринимательской структурой. Добросовестное предприятие, помимо уплаты всех налогов по сделке (НДС и налога на прибыль), по мнению контролеров, должно уплатить с поступивших денежных средств еще и налог на прибыль, как с дополнительных внереализационных доходов.

Двойное налогообложение добросовестного налогоплательщика тем более странно, что при реализации товаров (работ, услуг) он фактически исполняет все свои налоговые обязательства вне зависимости от действий контрагента, и при этом никакой минимизации налоговых обязательств у продавца не происходит. Фактически пункт 1.11.2 является избыточным по отношению к бизнесу и напрямую противоречит названию Указа № 488, так как не связан с минимизацией налоговых обязательств.

Вредность существующей правоприменительной практики по Указу № 488 для бизнеса очевидна, как очевидна и его польза для контролирующих органов, получивших упрощенный механизм привлечения дополнительных поступлений в бюджет. Все аргументы в защиту Указа № 488, основанные на возможности защиты своих прав в судах, несостоятельны по одной существенной причине.

Доказать свою правоту добросовестный налогоплательщик может только через свидетельские показания. При этом, когда речь идет о десятках однотипных сделок, как это обычно происходит в оптовой торговле, то вспомнить все обстоятельства сделки, особенно если прошел какой-то период времени, любому свидетелю невозможно. В ситуации отсутствия стопроцентных свидетельских показаний решения принимаются в пользу государственного бюджета.

Государству трудно представить себе ситуацию, когда один из контрагентов действительно был добросовестным налогоплательщиком. На выяснение всех обстоятельств сделки необходимы время и желание, которого у контролеров, к сожалению, нет. Вопреки положениям пункта 1.10 Указа № 488, у нас сложилась правоприменительная практика, при которой не контролирующие органы доказывают отсутствие факта совершения хозяйственной операции, а бизнес пытается доказать свою добросовестность.

При этом в попытке упрощенного пополнения бюджета в рамках Указа № 488 контролирующие органы пошли на такую выдумку, как направление писем предприятиям с просьбой о добровольной уплате налогов по сделкам, которые налоговые органы считают сомнительными. Посылая письма, налоговые органы не только не утруждают себя сбором доказательств, но и напрямую нарушают законодательство, так как, согласно пункту 1.10 Указа № 488, контролирующие органы должны доказать факт нарушения законодательства, чего в письмах нет.

Сам факт договорных отношений с лжепредпринимательской структурой не является нарушением законодательства, а может являться лишь основанием для проведения проверки на предмет выявления нарушения законодательства.

Направляя письма предприятиям, налоговые органы сами фактически нарушают пункты 1.1 и 1.2 статьи 82 Налогового кодекса. Они не только не действуют в строгом соответствии с законодательством, но и некорректно ведут себя с налогоплательщиками, предполагая их виновность без наличия существенных доказательств. Такое пренебрежение к законодательству связано с чувством безнаказанности государственных органов, которые никто (даже суд) не осудит в их борьбе с «лжепредпринимателями» за дополнительные поступления в бюджет. В целях пополнения бюджета все средства хороши.

Волшебный НДС

Вторым дополнительным источником поступлений средств в бюджет стал НДС. В последние годы чиновники практически ежегодно поднимали вопрос о повышении ставки НДС, но встречали противодействие со стороны бизнеса. Не имея возможности повысить ставки НДС, чиновники стали «совершенствовать» порядок налоговых вычетов по НДС.

Начало его «совершенствованию» было положено в июле 2014 года с принятием Указа президента Республики Беларусь № 361 «Об отдельных вопросах налогообложения» (далее – Указ № 361). Именно в этом указе было применено белорусское новшество, позволившее увеличить поступления в бюджет без увеличения налоговой ставки. Простой сдвиг на 90 дней сроков принятия к вычету НДС по импортным внешнеэкономическим операциям позволил дополнительно привлечь в бюджет в IV квартале 2014 года порядка 4 трлн. рублей.

Временный характер Указа № 361 – до 31 декабря 2014 года – позволял предположить, что государство откажется от такого странного порядка пополнения бюджета за счет ограничения прав налогоплательщиков в 2015 году.

К сожалению, интересы государственного бюджета оказались сильнее интересов бизнеса. 26 февраля 2015 года Указом президента Республики Беларусь № 99 «О взимании налога на добавленную стоимость» данная норма, за небольшим исключением – для импорта из стран Евразийского экономического союза, была продлена до 31 декабря 2015 года. Указ вступил в силу задним числом – с 1 января 2015 года – и в очередной раз показал бизнесу, что любое временное решение, выгодное для государства, в нашей правовой системе вполне может приобрести постоянный характер. В связи с этим в условиях продолжающегося экономического кризиса данная норма налогового законодательства с большой долей вероятности будет сохранена и в 2016 году.

Похоже, манипуляции с порядком налоговых вычетов по НДС настолько понравились чиновникам, что с 2016 года они решили вернуться к забытым с 2010 года счетам-фактурам для подтверждения факта вычета входного НДС. При этом с учетом накопленного опыта порядок применения счетов-фактур решили модернизировать и расширить.

Так, в проекте Налогового кодекса на 2016 год предлагается использовать счета-фактуры для подтверждения вычетов не только по работам и услугам, как практиковалось до 2010 года, но и для подтверждения налоговых вычетов при покупке товаров. При этом не совсем понятной становится роль товарно-транспортных накладных в форме бланков строгой отчетности. Если раньше бланки строгой отчетности товарно-транспортных накладных, по мнению государства, гарантировали добросовестность и прозрачность торговых операций, то с началом применения счетов-фактур для подтверждения вычета НДС при реализации товаров применение старой формы бланков строгой отчетности товарно-транспортных накладных становится избыточным и бессмысленным.

Вторым новшеством проекта по применению счетов-фактур в 2016 году является использование электронной их формы. При этом все электронные счета-фактуры должны быть зарегистрированы на портале информационного ресурса Министерства по налогам и сборам Республики Беларусь. Фактически речь идет о том же дополнительном налоговом контроле над документами, подтверждающими вычет НДС. Только налоговый контроль будет осуществляться не по старинке – с помощью бланков строгой отчетности, а по-новому: с помощью электронных информационных технологий.

Не оценивая креативность чиновников в использовании новых информационных технологий, остановимся лишь на тех трудностях, с которыми столкнутся добросовестные налогоплательщики. Во-первых, фактически появляется новый электронный документ, который необходим для вычета НДС. Данный документ нужно будет каким-то образом учитывать в бухгалтерском и налоговом учете, соответственно, возрастет нагрузка на бухгалтеров в вопросе оформления дополнительного документооборота. При этом на крупных предприятиях потребуется нанимать нового человека в штат для правильного ведения учета электронных счетов-фактур.

Фактически государство предлагает бизнесу вести электронную форму книги покупок, в которой будут аккумулироваться электронные же счета-фактуры. По факту мы возвращаемся к обязательности ведения книги покупок, так как без учета электронных счетов-фактур в книге покупок принять к вычету НДС правильно будет весьма проблематично.

Во-вторых, правильность составления нового электронного документа будет зависеть не только от продавца товаров (работ, услуг), но и от правильности работы налогового портала. И здесь возникает несколько существенных вопросов. Каким образом можно будет исправлять ошибки в счетах-фактурах или же они не подлежат исправлению? Очевидно, что любой человек может ошибаться, в том числе и человек, выписывающий электронные счета-фактуры. Соответственно, от механизма исправления ошибок зависят возможные потери бизнеса при исчислении и уплате НДС в части налоговых вычетов.

Вторым и, пожалуй, основным вопросом является возможность государства обеспечить эффективное и бесперебойное функционирование портала, ответственного за выписку счетов-фактур. Именно возможность оформления счетов-фактур в реальном времени без задержек является основным фактором, при котором бизнесу не будет нанесен ущерб от указанного нововведения.

В случае если налоговый портал по каким-либо причинам будет недоступен, бизнес потеряет возможность оформления счетов-фактур, а соответственно, и принятия к вычету НДС. При этом данная проблема коснется каждого налогоплательщика, уплачивающего НДС, и речь может идти о тысячах предприятий и триллионах рублей потерь для бизнеса и, соответственно, о таких же суммах дополнительных поступлений в бюджет.

Видимо, именно на это и рассчитаны нововведения, предлагаемые чиновниками. Судя по более раннему опыту введения электронного декларирования, для его эффективной работы требуется время. При этом оценить это время достоверно практически невозможно. Если в случае с электронным декларированием подключение к электронным услугам шло постепенно и в добровольном порядке, то в данной ситуации речь идет об обязательной процедуре для всех плательщиков НДС.

Соответственно, с большой долей вероятности можно предположить, что если указанные нововведения будут приняты с 1 января 2016 года без какого-либо переходного периода, то бизнес столкнется с серьезными финансовыми трудностями. Любой сбой в работе налогового портала (а он вполне вероятен и практически неизбежен в начале его деятельности, судя по опыту прошлых нововведений) может привести к невозможности принятия к вычету НДС, а соответственно – к росту налоговой нагрузки по НДС. В зависимости от вида хозяйственной деятельности в худшем случае можно прогнозировать рост налоговой нагрузки по НДС до 10% выручки предприятия. В условиях экономического кризиса дополнительный рост налоговой нагрузки может привести к банкротству части бизнеса, являющегося плательщиками НДС.

В этой связи для сохранения бизнеса уже сегодня важно просчитать и спрогнозировать возможные потери от нововведения по счетам-фактурам по НДС. Важно учитывать, что даже при самых благоприятных условиях чиновники вряд ли смогут наладить эффективную бесперебойную работу налогового портала выписки счетов-фактур в течение первого полугодия 2016 года, а соответственно, именно в этом периоде возможны наибольшие потери для бизнеса в виде дополнительных отчислений НДС в бюджет.

Если бы чиновники, вносящие предложения по электронному документообороту счетов-фактур, понимали всю глубину и суть проблем, связанных с возможностью перепадов подключения к Интернету, а также с десятками, а может быть, и сотнями тысяч обращений на портал ежедневно, то они, наверное, отказались бы от этой откровенно вредной для бизнеса идеи. Хотя возможно, что формирование дополнительных доходов бюджета любыми средствами важнее интересов бизнеса, и поэтому для поставленной цели все средства хороши.

Единственным теоретическим оправданием ведения счетов-фактур в электронном виде является возможность выявления лжепредпринимательских структур на начальной стадии их работы. В теории для этого достаточно будет сверить налоговые декларации предприятия с выписанными им же счетами-фактурами на реализацию товаров (работ, услуг), чтобы выявить их ошибки при начислении НДС. Но это – только в теории, а что же будет на практике?

Для того чтобы достичь вышеуказанной цели, необходимо сочетание следующих факторов:

1) наличие хорошего программного обеспечения, позволяющего отслеживать все хозяйственные операции;

2) наличие нового, постоянно модернизируемого (с учетом постоянно растущего объема информации) компьютерного оборудования;

3) наличие высококвалифицированных специалистов, способных работать с большими массивами информации и знающими особенности налогового законодательства;

4) наличие эффективной методики, позволяющей выявлять подозрительные предприятия для осуществления оперативного контроля.

Ничего этого в настоящее время у государства нет. При этом достаточно быстро при наличии хорошего бюджетного финансирования можно решить только второй вопрос. Для эффективной работы остальных составляющих вышеуказанной схемы нужно длительное время и наличие высококвалифицированного интеллектуального ресурса.

Последнее возможно только в присутствии хорошего бюджетного финансирования, что в условиях экономического кризиса практически невозможно, и наработанных методик налоговых проверок, чего тоже фактически нет. Тот, кто хоть раз столкнулся с налоговой проверкой, знает ее основные подходы: это проверка до первого нарушения с затратами минимального количества времени. Этого недостаточно для выявления нарушений на начальной стадии, а соответственно, вся вышеуказанная схема возможного применения электронных счетов-фактур в контрольной деятельности налоговых органов в настоящее время на практике не реализуема.

Поэтому очевидно, что введение электронных счетов-фактур по НДС будет направлено только на дополнительное искусственное пополнение бюджета. Дополнительные доходы бюджета будет основаны на ошибках в работе налогового портала или налогоплательщиков при оформлении электронных счетов-фактур на этапе внедрения нововведения. Очевидно одно: реальной экономической необходимости введения электронных счетов-фактур по НДС, за исключением краткосрочного искусственного пополнения бюджета, в 2016 году нет.

Обобщая анализ вышеизложенных действующих и планируемых изменений налогового законодательства, следует отметить, что вся указанная налоговая «алхимия» направлена против добросовестных налогоплательщиков. Именно добросовестные налогоплательщики, которые продолжают работать и платить в бюджет налоги, несмотря на экономический кризис, будут вынуждены выполнять все вышеперечисленные, зачастую экономически не обоснованные, требования. Для минимизации теневой экономики важны только законы, улучшающие, а не ухудшающие условия ведения бизнеса. Усложнение налогового законодательства лишь стимулирует рост теневой экономики.

Поэтому депутаты и государственные чиновники, принимающие налоговые законы, должны думать в первую очередь о добросовестном бизнесе, а не пытаться придумывать новые схемы налогового администрирования, которые не будут иметь никакого эффекта для борьбы с теневой экономикой, а только создадут проблемы для добросовестных налогоплательщиков, увеличив их налоговую нагрузку и ухудшив их условия ведения бизнеса. Может, пора задуматься не о дополнительных экзотических способах пополнения бюджета, а о рациональном и эффективном использовании существующих государственных финансов?

  • Оцени статью:
  • Проголосовало: 8
  • Балл: 5