Леонид ЗЛОТНИКОВ: «Пенсионеров скоро некому будет кормить»

Демографические проблемы поставили Беларусь перед необходимостью реформировать распределительную пенсионную систему, потому что скоро некому будет кормить пенсионеров.

В Беларуси 5,8 миллиона работников содержат 2,5 миллиона пенсионеров. Если в 2012 году на 100 работающих приходилось 57 пенсионеров, то в 2020-м 100 трудящихся должны будут обеспечивать выплаты 67 пенсионерам. А уже в 2014 году профицит бюджета пенсионного фонда сменится структурным дефицитом.

С чего нужно начинать пенсионную реформу? Чей опыт ближе Беларуси? И почему белорусские власти не воспользуются возможностями «Европейского диалога о модернизации для Беларуси» для проведения перезревших реформ?

Эти вопросы «Снплюс» адресовала кандидату экономических наук Леониду Злотникову.

— Численность экономически активного населения с 4,5 миллиона человек снизится по прогнозу до 3,5 миллионов (в 2040 году). Источник пенсий — это экономически активное население, средства которых поступают в Фонд социальной защиты населения. Так называемая «солидарность поколений»: работающее поколение сбрасывается, а cобранная сумма делится между ветеранами. Падает количество экономически активного общества — сокращаются поступления в Фонд соцзащиты (ФСЗН), — говорит экономист. — Проще говоря, скоро некому будет кормить пенсионеров, количество которых возрастает: с 2,4 миллиона человек до 2,5 — 2,6 миллиона человек. Скоро денег не хватит, чтобы обеспечить существующий уровень пенсий, который должен составлять 40% от средней зарплаты. Автоматически возрастает коэффициент демографической нагрузки: сегодня примерно двое работающих кормят одного пенсионера, а в 2040 году — эта пропорция составит 1,3:1. Чувствуете угрозу?

— ФСЗН оказался на грани коллапса, который страна может ощутить уже в 2014 году. Один из путей, который позволяет его избежать, увеличение налогов на трудящихся и бизнес. Как последний смотрит на это?

— Наш налог на отчисления в ФСЗН — самый высокий в Таможенном союзе, в Едином экономическом пространств: в Беларуси — около 35% от фонда зарплаты, а в Казахстане 10 — 15%… Слишком высокий налог порождает неконкурентоспособность нашей продукции. А сейчас Россия вступила в ВТО, мы — в Таможенном союзе — конкуренция растет, бизнес оказывается неконкурентоспособным. Об этом знают уже все.

— Что нужно менять?

— Нужно менять пенсионную формулу. Можно сохранить сегодняшнюю «солидарность поколений» или пойти по пути Польши, которая ввела еще и накопительную часть. Нужно сразу вывести пенсионный фонд из ФСЗН, где свалено все в кучу: и пособия по беременности, и на детей, и многие другие выплаты. Система не стимулирует людей к работе, пенсия рядовых граждан практически не зависит от зарплаты. Нужно постепенно, на протяжении 10 — 15 лет, вводить стимулы, каждый год добавляя в пенсионную формулу изменения: кто больше внес в пенсионный фонд, тот получает большую пенсию.

Сейчас это сделать невозможно.

— Самые большие зарплаты в Минске, самые маленькие — на Брестчине. Можно ли сделать так, чтобы пенсионер из Минска и человек, всю жизнь проработавший на «Пинскдреве», получали пенсии по справедливости? Сколько заработал — столько получил?

— Принцип: кто больше внес в пенсионный фонд, тот должен получать больше, должен работать, если мы его принимаем. В Минске более высокие зарплаты, чем в регионах, поэтому минский пенсионер будет получать большую пенсию — здесь жизнь дороже. На Западе пенсионеры уезжают из крупных городов в маленькие и спокойно живут, но у нас это не принято.

Надо поставить выплату пенсий в зависимость от взносов — это первый и самый минимальный шаг на пути реформирования пенсионной системы.

— Но есть еще один из вариантов — увеличение пенсионного возраста. Реально ли сделать это у нас?

— Лет 10 назад Всемирный банк предложил постепенно довести пенсионный возраст для женщин до 60 лет, для мужчин до 63 лет. Во многих странах так и сделали. Женщинам можно увеличить пенсионный возраст, потому что средняя продолжительность жизни у женщин составляет 75 лет. А что делать с мужчинами, у которых средняя продолжительность жизни 64 года?

В общем, никуда от этого не деться.

— Когда дело дойдет до реальной реформы?

— Ее можно начинать при условии экономического роста. Вычленить пенсионный фонд из ФСЗН и потихоньку воплощать в жизнь формулу: кто больше положил, тот больше получает. Но это медленный процесс, потому что экономического роста нет, люди не доверяют экономике.

В условиях нестабильности и недоверия говорить о реформировании пенсионной системы рано. В Казахстане в 90-ых годах сразу провели мощнейшую реформу, в том числе ввели накопительную часть пенсии. Казахстан нашел миллиарды долларов, но ведь по уровню бизнес-климата Казахстан на 52 месте, Россия — на 115 — 120, а Беларусь — на 130-ом.

В Польше население может выбирать — вступать в накопительную часть, не вступать. Хороший опыт, гибкий, который дает варианты поведения.

В Германии пенсия 1100 — 1200 евро почти для всех, формально — без накопительной части, но если кто хочет — делает себе накопительную часть сам в частных фондах.

Неделю назад я был в Таллинне — гостиницы забиты немецкими пенсионерами! Туристами-пенсионерами. Белорусы тоже хотели бы не доживать на пенсии, не дожидаться смерти, а хотя бы зимой съездить в Грецию, когда путевки дешевые. Но при существующем коэффициенте замещения пенсий это невозможно. А хотелось бы, правда?..

— Говорят, найти деньги под реформы не так и сложно. Почему бы властям не воспользоваться возможностями «Европейского диалога о модернизации для Беларуси»? Или того же Всемирного банка?

— Они ходят вокруг нас и обещают помощь — и кредиты дадим, и экспертами поможем. Они и до этого приезжали, давали рекомендации, они обобщают мировую практику и предоставляют этот опыт. Наши специалисты прошли стажировку за рубежом, в том числе из министерств и ведомств — тоже знают, что делать.

Но патерналистская социальная модель рубит все на корню. Надо уйти от положения, когда батька-президент «нас всем обеспечивает»… Пора понять: да, привычная белорусам картина красива, греет душу, но — экономически неэффективна. Для начала нам нужно перейти на модель социальных отношений и оказания социальных услуг (образования, здравоохранения) во всех сферах, где сегодня задействовано государство. Если этого не произойдет, все остальное — пустой разговор.

Пока страной правит нынешняя власть, здесь ничего не изменится.

  • Оцени статью: