Сергей Чалый: Можно выбирать нужное экономике, избегая негативных последствий

Реальной модернизации предприятий могла бы посодействовать программа «Европейский диалог о модернизации для Беларуси», которую официальный Минск, к сожалению, игнорирует, уверен экономист Сергей Чалый.

Вице-премьер Петр Прокопович мечтает сегодня экспортировать 85% всей белорусской продукции, хотя за 2013 год экспорт сократился в 4 раза. Ставя такую задачу-мечту, чиновники странным образом забывают, что 75% производимой продукции идет ныне не за границу, а на склады.

Так нужна ли в таком случае Беларуси «модернизация по Прокоповичу» и почему власти отказываются от услуг «Европейского диалога о модернизации»?

Комментирует экономист Сергей Чалый.

— Петр Прокопович мечтает довести продажу белорусских товаров близким соседям и далеким странам аж до 85%. Это шутка или серьезное заявление ответственного чиновника?

— Судите сами: в самые лучшие времена — май 2011 года — нам удавалось экспортировать две трети продукции. Близок к достигнутому тогда был 2012-й. Потом этот параметр сделали целевым.

Но фокус в том, что одновременно ставятся две взаимоисключающие задачи: чтобы увеличить экспорт, нужно ограничить внутренний покупательский ресурс, ограничить рост доходов. А правительство хочет решить сразу две задачи: рост и экспорта, и внутренних доходов.

— Прокопович уверен, что экономического подъема можно добиться за счет модернизации 5 тысяч предприятий…

— Это разговоры в пользу бедных. Модернизация здесь ни при чем. Вся статистика предыдущих лет свидетельствует: рост экспорта возможен за счет сокращения внутреннего потребления.

— Насколько эффективна «модернизация по Прокоповичу»? Давайте возьмем деревообрабатывающую отрасль, сосредоточенную главным образом в провинции. Если даже удастся выполнить приказ Лукашенко и модернизировать «Борисовдрев» до 7 ноября, получат ли борисовчане выход на новые рынки, включая европейский?

— Выход на западный рынок — очень сложная задача. Ведь эта модернизация предприятий — вынужденная, пожарная мера по спасению фабрик и заводов, которые начали резко терять конкурентоспособность.

Невозможно провести настоящую модернизацию предприятий, не меняя систему управления, распределения ресурсов. Я вообще скептически отношусь к такой идее. О ней ведь ничего конкретного неизвестно, за исключением того, что 5 тысяч предприятий имеют бизнес-планы.

Модернизация может расцениваться как скачок в светлое завтра, а может рассматриваться и как завершение того процесса, который шел все предыдущие годы. Если речь о большом прыжке в светлое завтра — он невозможен при сохранении существующей экономической структуры. Более того, чем масштабнее модернизация, тем масштабнее освоение капитала. Кроме расхищения последнего, безосновательная экономическая «реконструкция» может принести больше вреда, чем пользы. Так что пусть эта идея лучше остается обыкновенным трепом, чем реальным делом — так хотя бы не нанесут экономике большего вреда.

— «Борисовдрев» — под Минском, у всех на виду, поэтому столько говорится о его переустройстве. Но в той же Брестской области есть «Пинскдрев» и «Ивацевичидрев» — два градообразующих предприятия, от которых зависит судьба двух полесских городов. Лукашенко только один раз побывал в Ивацевичах: устроил разнос, сменил директора — и точка. Можно ли реально модернизировать эти предприятия, воспользовавшись опытом соседей?

— Бессмысленно поднимать конкретные предприятия, не меняя экономическую среду, в которой они находятся. Можно использовать опыт той же Польши, конечно. Но ситуация у соседей лучше не потому, что там станки поновее. Дело в другом: в Польше есть собственник, которого нет у нас.

— А почему бы официальному Минску не использовать возможности «Европейского диалога для модернизации Беларуси»?

— Я надеюсь, именно в эту сторону и дует ветер. Ведь как возник «Европейский диалог для модернизации Беларуси»?

Государственные структуры отказались участвовать в программе «Восточное партнерство». Евросоюз, чтобы избежать дисбаланса с непредставлением белорусских властей, инициировал «диалог». Именно в его рамках экспертные группы вырабатывают рекомендации для тех, кто принимает решения. В том числе — и в экономике.

Но власти восприняли и эту инициативу как идеологическое обслуживание оппозиции. И фактически сами себя исключили из новой перспективной программы. Можно много хороших бумаг написать, но если нет реципиента, которому их можно предложить, все теряет смысл.

«Европейский диалог для модернизации Беларуси» — это и есть попытка поделиться опытом стран, которые уже прошли стадию Беларуси. С одной стороны, это большой минус, а с другой — колоссальное преимущество. Мы можем приходить как в супермаркет и выбирать для нашей экономики остро необходимое, избегая негативных последствий. Ведь соседи уже все это проходили.

Если появятся реальные экономические проекты, выработанные европейскими экспертами, под них найдутся и средства. Деньги найти легко… А то получится как с кредитной линией китайского банка Eximbank, под которую не один год ищут реальное наполнение — нет достойных экономических проектов.

Программа преобразований, выработанная европейскими экспертами, вполне может найти поддержку и Европейского банка реконструкции и развития, и мировых финансовых структур, в том числе — МВФ.

Проблема не в содержании «диалога», а в отношении к нему официального Минска. Игнорирование этой программы ведет к тому, что на деле пока она не работает.

  • Оцени статью: