Чему стоит поучиться белорусскому образованию в эстонской школе

Белорусские учителя, посетившие на каникулах средние школы Эстонии, с удивлением обнаружили, что работать можно без бюрократических проволочек и атмосферы вечной нехватки средств. Что не так в Беларуси?

А ведь в начале 1990-х Эстония и Беларусь находились практически на одном старте.

— Мы вышли из одной шинели, а как все по-другому по прошествии неполных 20 лет при одинаковых стартовых возможностях! — впечатлен репетитор Евгений Ливянт.Проблема в том, что в Беларуси во время бесконечных реформ, не способствовавших улучшению качества образования, а менявших лишь его внешнюю оболочку, значительные средства были разбазарены. Сколько раз менялись учебники и программы! Закупали оборудование, которое оказалось неприспособленным для школ.

В Беларуси проблемы с интернетом, а в Эстонии Wi-Fi в каждой школе

Один из городов, которые посетили белорусские учителя и школьники — Маарду. Здесь живет около 17 тысяч человек. Почти все — представители русскоязычной диаспоры. В русскоязычной основной школе учится 379 детей. Здесь 2 компьютерных класса, 2 лекционных класса, 14 мультимедийных проекторов, в локальной сети школы 59 компьютеров, компьютер в учительской, в библиотеке, в классе логопеда, копировальные машины, графопроекторы, аудио- и видеотехника, факс.

В школах Wi-Fi на хорошей скорости, без ограничений. Частью программы «Прыжок тигра» для расширения возможностей использования интернета стали курсы по пользованию интернетом, подключение к сети, оснащение компьютерами, ноутбуками школ и учителей.

Сейчас уже 90% страны покрыто Интернетом. 80% населения использует его в жизни. Даже в деревнях есть бесплатные интернет-пункты.

— В Беларуси не все школы вообще подключены к Интернету, — сравнивает Евгений Ливянт. — Чаще всего это низкая скорость и лимитированный трафик.

Программа развития общего среднего образования Беларуси на 2007—2016 годы предусматривает модернизацию школьных библиотек и преобразование их в центры информационных ресурсов и медиацентры.

А согласно Стратегии развития информационного общества до 2015 года все учебные заведения страны к 2015 году будут обеспечены интернет-доступом. В системе образования должна появиться компьютерная сеть, с которой связан и проект по созданию электронных учебников. Наконец, планируется обеспечить учебным заведениям широкополосный доступ в интернет. До сих пор это не сделано, так как компьютеры в школах часто не соответствуют современным требованиям, хотя их количество с 1996 года возросло почти в 20 раз. Да и с Минсвязи никак не получается найти общий язык.

Говоря о вещах более простых, например, копировальной технике, Евгений Ливянт отмечает, что ксерокс в наших школах находится, как правило, в учительской. Всегда возникает вопрос нехватки денег на бумагу, порошок. Иногда для своего класса покупают отдельный ксерокс за счет родителей.

В эстонских школах все это проще, доступнее и за счет бюджета.

В Беларуси школа пропитана родительскими деньгами, а в Эстонии не платят за экскурсии

— Это фантастика, — говорит Евгений Ливянт, — но сборы с родителей в школах запрещены. Нет такого понятия: собрать деньги, чтобы у детей была туалетная бумага или кулер с водой.

Учитель географии и председатель попечительского совета основной школы Маарду Василий Мухин поясняет:

— Почти в каждом классе есть классная касса, это примерно 5-10 евро в год с ученика, но собирают их и находятся они у родительского комитета или ученика (если это уже старшеклассники). Эти деньги идут, например, на ксероксную бумагу для класса, ручки, карандаши, тетради для учеников и так далее. Сбором денег на любые нужды учителям запрещено заниматься. Дополнительные консультации для всех детей бесплатны и входят в общее рабочее время учителя. Занимаются в старших классах с репетитором, чтобы поступить в вуз.

Школьные экскурсии организуются очень часто и финансируются из фондов Эстонии, а из Европейских фондов оплачиваются поездки, например в Страсбург на заседание Европарламента. Младшие школьники на экскурсиях изучают родину —исторические места, природные объекты. Старшие — жизнь соседей (Латвия, Литва, Россия, Финляндия).

В Беларуси деньги родителей подпитывают всю систему образования. В школах есть план по платным образовательным услугам. Учителя начальных классов недоумевают, что выдумать, чтобы дети заплатили деньги. В старшей — система строится так: отстающих — на платный кружок, хорошо успевающих — на платный факультатив.

Неудивительно, что престиж профессии учителя в нашей стране падает. Правда, Василий Мухин отмечает, что и в Эстонии не все гладко. Профессию преподавателя получают в университете. На бюджетные места конкурс большой, на платные — берут всех. Чтобы работать в школе, нужно закончить бакалавриат и магистратуру.

— Многим хочется найти место более спокойное и высоко оплачиваемое, — признает Василий Мухин. — Государство стимулирует специалистов так: если молодой специалист поедет работать в сельскую школу, получит подъемные около 3 000 евро. Если отработает там три года, деньги возвращать не нужно. В противном случае — обязательно.

Старение учительских кадров большая проблема для эстонского образования. Вот почему, кроме подъемных для сельских учителей, зарплата молодого специалиста почти не отличается от зарплаты учителя со стажем. Некоторые самоуправления предоставляют молодому специалисту квартиру, которую в дальнейшем можно выкупить.

— Чтобы работать в школе, даже русской, необходимо знать эстонский язык на хорошем уровне, подтверждать это справками и документами. Нас проверяет языковая комиссия, если знаний мало, нет документов — штраф, — рассказывает Василий Мухин еще об одной особенности эстонской школы.

Евгений Ливянт отмечает: все познается в сравнении, а еще меньший престиж педагогических специальностей в Беларуси явно демонстрирует отсутствие конкурса практически на все педагогические специальности в Беларуси даже на бюджет.

— В Эстонии совсем другая система стимулирования молодых кадров. Я бы назвал ее логичной и способной заинтересовать молодого специалиста. У нас же заставляют ехать по распределению, не гарантируя минимальных бытовых условий, — сравнивает Евгений Ливянт.

Безопасность в школе — в Эстонии вопрос принципиальный

Медицинская сестра, психолог, логопед, социальный работник есть в каждой эстонской школе. Их содержание оплачивается из бюджета местного самоуправления.

— Врач у нас в городе один на три школы, приходит согласно графику работы. В больших школах в Таллинне врач свой в каждой школе. Занятия по технике безопасности у нас проводятся периодически. В школе есть пять человек, которые прошли специальные курсы в центре обучения и имеют подтверждающий документ. Эти люди проводят занятия с другими учителями и работниками школы. Несколько раз в год проходят тренировки с учащимися по эвакуации, и поведению в экстренных ситуациях.

В Беларуси одна медсестра и один логопед обслуживают сразу несколько школ, а врачей там давно нет. Занятия по ОБЖ (основы безопасности жизнедеятельности) проводятся, как правило, формально учителями без специальной подготовки.

Об ученическом самоуправлении в белорусской школе речи вообще не идет. В Эстонии в основной школе — это больше игра, подготовка к гимназическому самоуправлению, а в гимназии самоуправление — реальная сила, которая может влиять на организацию учебного и воспитательного процесса.

Оценки в эстонских школах выставляются в электронный журнал. Общение с родителями на страничке сайта, к которой ученики доступа не имеют. Визиты к ученикам только с согласия родителей.

Иностранный: в Эстонии знание языка чувствуется в быту

Английский язык изучают с первого класса все дети в общеобразовательных школах Эстонии. С пятого — второй иностранный, в качестве которого порой выбирают русский язык в эстонских школах.

— Знание языка чувствуется в быту, — отмечает Евгений Ливянт. — В Эстонии, если немного знаешь английский, сможешь договориться. Это характерно и для маленьких населенных пунктов, и для столицы.

В Беларуси шараханья в системе образования отразились в практике изучения иностранных языков. В 2008 году ликвидировали профильное образование в связи с переходом с 12-летнего на 11-летнее образование. Значительно уменьшилось количество часов на иностранные языки. Второй иностранный убрали вообще. Школы с углубленным изучением иностранных языков (как правило, двух) стали обычными.

Теперь вот пытаются вернуть потерянное. Начинают с экзамена по иностранному языку, который в этом году будут сдавать выпускники 11-х классов.

Профильное обучение в Эстонии сохранили, у нас уничтожили

Все учебные заведения для учеников 10–12 классов в Эстонии являются профильными. В одних готовят к поступлению в вузы, в других ученики получают профессиональное образование. Многие гимназии мультипрофильные.

В белорусских школах с 2008 года последовательно ликвидируется всякое профильное образование — закрыты профильные классы, унифицированы гимназии, планируется закрытие УПК (учебно-производственных комбинатов) и вечерних школ. Возвращение к профильному обучению пока ведется только на уровне разговоров.

А чтобы было по-другому, вопросы образования необходимо серьезно обсуждать в обществе, привлекая экспертов с различных его сфер, а также общественность, подчеркивает Евгений Ливянт.

Для практиков очевидно, что попытка сохранить в Беларуси советское образование оказалась безуспешной. Если системно не подойти к изменениям в образовании и не признать его финансирование приоритетным, мы можем отстать от соседних стран безнадежно.

  • Оцени статью:
  • Проголосовало: 2
  • Балл: 3.5